Фарамунд

Стражник спросил:

– А твой друг, он что, немой?

Фарамунд покачал головой:

– Нет, господин. Я говорить умею.

Стражник несколько мгновений всматривался в его лицо так пристально, словно ощупывал руками.

– Ну… я бы сказал, что ты умеешь не только говорить. Ладно, проходите. Но, на всякий случай… по городу сейчас ходит патруль. Чужакам сразу рубят головы, если те что затеют… понятно?

Тарант сказал угодливо:

– Да ни за что! Нам продать орехи, заглянуть в таверну, пока… жены, ха-ха!.. дома, а потом с сапогами и поясом вернуться домой.

Оба чувствовали взгляды стражников еще долго, пока не повернули за угол. Тарант пробурчал раздраженно:

– И перестань идти так!

– Как?

– Ну, будто это твой город, а они у тебя на службе.

Фарамунд сдвинул плечи, постарался сгорбиться еще сильнее.

По возвращении Свен слушал нетерпеливо, постукивал пальцами по столу. Со двора доносилось конское ржание, раздраженные крики. Не дослушав, он метнулся к окну, высунулся, заорал так дико, что Тарант вздрогнул и отступил, а когда Свен повернулся, лицо хозяина бурга было настолько свирепым, что сам непонимающе уставился на Таранта и Фарамунда.

– Что?.. А, это нового жеребца купил… Дикий, черт!.. Так сколько, говоришь, там народу охраняет ворота?

Тарант переступил с ноги на ногу, Фарамунд помалкивал, хозяин его игнорировал, обращался только к Таранту.

– Сам бург они успели обнести забором, – сообщил он невесело. – При нас навешивали ворота. Завтра-послезавтра пустят воду в ров, речка рядом.

Свен прервал:

– Сколько там охраны, дурак?.. Мне надо знать, хватит ли тех, кто сейчас в бурге, или же придется собирать из сел!

– Не хватит, – ответил Тарант. – У них охраны мало. Но пока будем выламывать городские ворота, проснутся в бурге. А со стен нас побьют. Прости, хозяин, но я считаю, что наших сил недостаточно.

Свен нахмурился, глаза вспыхнули гневом. Фарамунд ощутил на себе властный хозяйский взгляд.

– А что скажешь ты?

– Только то, что сказал Тарант, – ответил Фарамунд. – Опоздали.

Свен стукнул кулаком по столу. Кубки подпрыгнули, раскатились по столешнице. Один упал на пол, покатился, пугая собаку.

– Что значит, опоздали? – проревел он. – Там только что было пустое место!

Фарамунд стиснул челюсти. Гнев ударил в голову, а сердце могучими толчками погнало кровь. Если и был этот воин когда-то могучим и сильным, то сейчас обрюзг, как свинья.