Человек с топором

Я те щас, как оракул, враз расскажу, за какой такой поступок тебя в котел с кипящей смолой, а за какой – ангельские крыльи… и, ессно, в суп.

– Мрак, какой ты злой.

Мрак сказал сердито:

– А ты чо мелешь, чо мелешь? Африку, видишь ли, открыл! Думаешь, мне не хотелось взад? Мне еще больше. Это тебя в том мире били, клевали, лягали, бодали и кусали, а я там сам бил, клевал, бодал. А иногда и топтал всласть. Правда, иногда и меня, но я – чаще. А здесь чаще – меня. Но счастье чуем только от баланса в свою пользу, верно?.

. Однако ж мы здесь. Значит, для чего-то мы есть? Во, почти в рыфму!

– Для чего?

– Кто у нас мудрый? Ты и ответь.

– Это бездна, – проговорил Олег дрогнувшим голосом. – Мрак, я боюсь туда заглядывать!.. Один раз уже заглянул, каждую ночь просыпаюсь с криком. Ни одна женщина меня не выносит…

– Еще бы, – согласился Мрак, – визг у тебя что надо. Как-то я поросную свинью резал тупым ножом…

– Меня мучают кошмары, – объяснил Олег тускло. – Когда напиваюсь, отходят малость.

Ну, и то счастье…

– Ага, счастье. А куда боишься…

Олег с трудом подвигался, лег поудобнее. Было видно, что ему трудно шевелиться, словно весит тонну. А то и не одну. А может, и весит. Хотя вряд ли, кровати сейчас хлипкие.

– В истину, – сказал он хрипло. – Я увидел мир таким, какой он есть. Помнишь, мы как-то смеялись, что Пушкин, попади в наш мир, либо спился бы, как вот я, либо вовсе покончил бы с собой. Мол, как вынести мир, где нельзя крепостных драть на конюшне, а девок пользовать для половых нужд, их, дур, не спрашивая?.

. Царя нет, всякое быдло – тоже человек! Но до Пушкина рукой подать, ему в нашем мире было бы легче, чем мне в том… который я увидел…

Голос прервался. Мрак опустил широкую ладонь на исхудавшее, но твердое, как чугун, плечо. Голос его прогудел, могучий, густой, полный любви и участия:

– Не бойся, я с тобой.

– Да, Мрак, – прошептал Олег. – Ты здесь… а это уже надежно.

От ладони друга в замороженное страхом тело пошло оживляющее тепло.

Стянутые в комок нервы начали робко подрагивать. За последнее время почти превратились в камень, но сейчас там задергалось, оживая.

– Я здесь, – сказал Мрак настойчиво. – Помнишь, мы трое вышли из Леса?

– Помню. Тогда другое…

– Да? А для меня и тогда было… гм… когда вышли в Степь, то… до сих пор помню! Мы ж решили тогда, что уже Край Света. Как же, Лес кончился! Деревьев нету. Дальше – пустота. Как мы трусили сделать шажок дальше… в эту пустоту!..