Артания

Придон богов ни разу не видел, даже не встречал тех, кто с ними встречался хоть раз, потому даже с коня не слез перед храмами, перед глазами стоит нежное девичье лицо с удивленно приподнятыми бровями, глаза смотрят вопрошающе, но что он может сказать? Возьми мое сердце, а мне дай твое?

Он только слышал, как его мудрый брат Скилл сказал, обрывая спор воеводы с волхвом:

– Перестаньте! Пора бы знать, что устами Вяземайта то и дело глаголет истина…

– И такое при этом несет! – поддакнул Аснерд лицемерно.

Храмы и последний базар наконец остались за спиной, неспешно ехали через город уже по широкой, вымощенной булыжником улице. Артане негромко переговаривались, Придон не понял, то ли делают вид, что ничего особенно не случилось, то ли в самом деле забыли о его выходке. В этом дивном городе столько всего необычного, глаза разбегаются, голова кружится от обилия красок, в ушах звенят веселые крики, песни, музыка, колокольчики, бубенцы, слышен крик верблюдов, ослов.

Наступал тихий вечер, за северной стеной города огромная башня из черного камня зловеще пламенела под красными лучами заходящего солнца.

В небе застыли подсвеченные снизу облака, похожие на повязки, пропитавшиеся свежей кровью. Багровые блики медленно, по мере того как опускалось солнце, всползали по блестящим стенам к зубчатой плоской крыше. По коже пробежал недобрый холодок, пробрался вовнутрь. Придон ощутил всеми внутренностями несокрушимость башни, и все естество возмутилось этим вызовом, в груди начало нарастать злобное рычание, а пальцы сжались на рукояти топора.

– Как туда забираются? – спросил он зло.

Вяземайт бросил короткий взгляд, на лице не отразилось вроде бы ничего, но Придон хорошо знал старого волхва, тот эту башню ненавидит давно, ненавидит люто. Но заставил себя не замечать этот вызов, ибо принять и ответить не может.

– Там живут, – буркнул Вяземайт.

– Но как же… – начал Придон, потом догадался, – вход заделали?

– Да.

– Но как же… у колдуна что, еды и воды на сто лет?

Вяземайт бросил на башню хмурый взгляд, голос стал неприятным:

– Им носят еду только первый год.

За это время проклятые колдуны что-то там накапливают…

– Так все ж протухнет!

– Нет, не еду копят, а свою подлую магию. Еда им уже ни к чему. Как-то обходятся… Или как-то сами. Словом, колдуны с тех пор уже не спускаются. Потому и замуровываются.

Придон пристально смотрел на башню.

– Не поверю, чтобы ни разу не спускались.