Холмы Мастеров l. Душа Махабира

Вокруг квадратная комната, довольно тесная, с широким отверстием на потолке, куча пыли и свежих сколов на стенах и колоннах.

Девушка крутанулась. В паре метров от нее на каменной платформе сидел старый гигант с перемотанным гладким лицом, точнее, на голове был только клыкастый рот. Рюга уже видела его когда они с Фином забрели в опустевший город, после того как сбежали от белого Атаха.

Вдруг Рюга осознала, что трогала эти желтые клыки, отчего ладонь стала слюнявая, попахивала дохлыми жуками. Гон начала тереть руку о штанину.

Обессиленная и потная гон рухнула на гремящий пол. Из всего, что она видела в иллюзорных коридорах, которые нарисовал демон, только кости остались неизменны.

– Вода, – старик протянул флягу, ее флягу, которую облако утащило на следующий день, после того как она очнулась в пустыне несколько месяцев назад.

Рюга выхватила тару. Принюхалась, жадно захлестала воду.

– Еда. – Старик протянул знакомые коробочки наподобие тех, что скармливал ей Хазем при встрече.

Рюга поглядела по сторонам, увидела свою палатку.

Голова демона была больше ее корпуса, а руки длинной со все тело гона, и это не считая когтистых ладоней, на которых через тонкую кожу выпучились вены и крючковатые суставы, к которым крепились знакомые ей сплетения косточек.

– Не боишься меня?

Рюга постучала в грудь. Она не набивала рот, но подавиться сумела, хлебнула воды.

– С чего мне тебя бояться?

– Ну, действительно. – Демон широко улыбнулся, оголились больные десны, которые далеко отошли от зубов.

– Чего лыбишься, старик?

– Дерзость никогда не была твоим лучшим качеством.

– Ты не первый, кто так говорит.

– Зато стариком меня нарекли впервые. – Демон потянулся за второй коробочкой.

– Заканчивай болтать. – Рюга посмотрела на собеседника светящимися глазами, – Ты вообще живой?

– Да.

– И, чего надо?

– Хотел передать тебе это.

– Передать? – сказала Рюга, но подходить не торопилась. – Ты вообще-то своровал его.

Демон вытянул оружие на ладони.

Гонкай домяла коробочку, подошла, недоверчиво глянула на старика, тот опустил голову. Рюга взяла секиру, та оказалась легче пера.

– Цы. – Гон повернулась, вся комната отзеркалилась, а старик с топором сидел в противоположной стороне.