Холмы Мастеров l. Душа Махабира

Гон подорвалась с импровизированного матраса и начала молотить кости под ногами измельчая их в пыль зелеными кулаками.

– А ТЫ БЕСИШЬ МЕНЯ ЕЩЕ БОЛЬШЕ А-А-А-А-А! – Проорала гонкай на зеленые костяшки, на которых сплелись сотни крючковатых суставов.

Рюга задышала, свесив плечи она стояла как подвешенная марионетка.

Сухой воздух душил.

Она заплакала, снова заорала. Снова замолотила в каменный пол с черепками. Вспышки зеленых искр постоянно показывали разные кости, она вошла в транс, дух сменился на красный, а спустя десять минут гон поняла, что истратила его весь.

– Что это за дыра?! – Рюга расселась как шарнираня кукла со слабыми нитями.

– Это мой дом, – раздался сдвоенный железный голос со спины.

Гон резко повернулась и остатками духа напрягла глаза.

Никого.

(семь часов спустя)

– Пить охота, – пробормотала Рюга.

Она восстановила духовые кости, часть во сне, часть в утренней медитации. После боя с танцовщицей это оказалось непростой задачей, обычно скелет страдал от трещин и сколов.

Гон бродила по туннелям уже несколько часов. На ощупь разгребая косточки ногами. Иногда она подсвечивала духовым скелетом стены, на которых рельефная чеканка изображала непонятные символы, образы с детьми, парящими в небе над городом, который походил на голый лес.

Кости принадлежали кому угодно, кроме как айну: куты, гиены, крупные змеи, и всякая мелочь.

Гон подсветила потолок. Арка в форме замочной скважины со знакомыми фресками. – «Кристалл!» – Рюга разглядела небольшую полость, в которой поблескивал фонарь. Такими пользовались по всему Махабиру.

Гонкай прыгнула, схватила стекляшку костяной рукой, когда дух коснулся кристалла появился тусклый свет. – «Зарядился!» – подумала Рюга, но вскоре наблюдала, как будто кристалл медленно выгорает от места касания, словно тлеющий клубок волос.

– Сломанный, что ли?

Рюга продолжала смотреть, как тлеет нутро фонаря, ради любопытства коснулась костяным пальцем в тех местах, где еще остался прозрачный кристалл. Вместо того чтобы тлеть, он начал светиться, тускло, но после такой тьмы даже ослеплял.

Рюга долбанула кристалл о стену. Как она и ожидала, в тех местах где он выгорел, стекляшка разломалась лучше всего.