Холмы Мастеров l. Душа Махабира

»

«Тогда ты умрешь от старости, а я снова рассыплюсь.»

«Годами я искал их, а какая-то девчонка находит по осколку в месяц. Ты что-то утаил от меня.»

«Тебе известно все, что и мне…»

Глава_23.1_Салатош.

Путь до города занял еще три недели, несколько раз караван заходил в небольшие поселения. Талант Фина очень пригодился. Сильфир выжимал себя досуха, стараясь запасти воду и для каравана, и для местных поселенцев. Хоть она была не такой ядовитой как в Драхте, все же мало-помалу убивала жителей.

После пересечения моста Алмас настоял на тренировках с духо, Рюга согласилась, при условии, что он ей понадобится. Но духом так и ни разу не воспользовалась. За прошедшие недели гон полностью выучила движения и привычки юноши. Гон даже начала чувствовать, что он выдумает. И как бы парень ни пытался подловить ее, это не удавалось. Все, чего Алмас достиг – это иногда удивить нелепым трюком, но Рюга быстро применяла все против него. Как бы ни был талантлив юноша, разница в технике была заметна, и как бы Рюга не убеждала его отказаться от своих замашек, у нее не выходило.

Алмас пытался уговорить Гамаша, Сайфа и Хазема, но все они отказались. Торговец и вовсе заявил, что не воин, а по поводу черного клинка отшутился. Хотя Рюга помнила, как он им воспользовался.

Более того, каждую их тренировку Хазем наблюдал, многие любопытствовали, но торговец – постоянно. Причем за Алмасом он следил даже больше.

После очередного вечернего спарринга Рюга подошла к Хазему, тот добро улыбнулся и предложил присесть.

– Чего ты глазеешь на нас, старик? – с одышкой спросила она.

– Красиво, любоваться, – ответил торговец на языке Холмов.

– Ты незрячий, и духа у тебя нет, но вот меч твой я видела. – Рюга кивнула в сторону черного клинка на его поясе. – Что это?

– Дар. – Хазем достал эфес и слегка приоткрыл ножны, черное лезвие, с радужными разводами лишь немного отражало небо. – Душа Махабира дать его мне, чтобы защитить Красный Волос.

– А чего он сам не соизволил?

– Я исполнять его волю в этот день.

– А как же твоя? – гон пристально посмотрела на торговца.

– Я отдать свой воля ему, – не раздумывая ответил Хазем.

– Ну и кто ты после этого? – Рюга чувствовала его искренность, как и собственное раздражение.

– Слуга.

Наконец, показалась она.

Гону с сильфиром рассказывали о ней всю дорогу. Величественная и белая, неприступная и, бесконечная.

Стена.