Холмы Мастеров l. Душа Махабира

Сильфир вспомнил патриарха, – «Тот человек был внеплотный… Звездный дух? Нет, даже звездный дух не может быт таким, он что-то получил в этом крае. Тут все пропитано энергией – животные приспособились видеть и охотиться, ориентируясь по духу, он в воздухе и воде, растения впитывают его из земли. Всегда ли этот край был таким?»

Через два часа рассуждений Фин начал упираться в одно и то же, новые мысли не приходили, но и старые не отпускали. – «Рюга опасна, без нее я не доберусь до Салатоша и Хазем заинтересован в ней, а не во мне… – Сильфир постучал себя кулаком по лбу, а затем потрогал невидимый рог, – С каких пор я стал таким циничным? Она похожа на Ритию… Но она не моя дочь, Рития умерла, давно…И все же, я привязался к ней…»

Существо в рваном балахоне следило за сильфиром издалека.

Светало, до восхода было далеко, но пустыня, смешавшаяся с саванной, уже хорошо просматривалась.

Фин проснулся от стрелы, которая прилетела ему между ног.

Никого.

Стрела торчала так, что было очевидно – она прилетела со спины. Фин взял ее, наконечник узкий и острый как игла с витым, еле заметным узором, из нее плавно выветривался фиолетовый дух.

В последний момент сильфир заметил шевеление под землей. За мгновение надулся песчаный волдырь, из него выпрыгнула огромная каменная кобра. На спине у нее был нага, что преследовал их в Хаташе.

Фин оцепенел.

Красная костяная нога раздробила распахнутую морду кобры в пыль. Крутанувшись в воздухе, второй ногой Рюга ударила прямо в нага. Поздно. За миг до удара он превратился в песок, слившись с телом кобры. Вся статуя рассыпалась как песчаная скульптура от пушечного ядра.

– Он ушел в землю. – проговорил Фин дрожащим голосом.

Таршин заблеял и побежал.

Песчаный кол начал формироваться прямо под кутом.

Носорог сшиб его так, чтобы увести от удара, шип ударил зверя в пластину и раскололся.

– Таршин, ко мне! – крикнул Фин в надежде, что кут его поймет. Но он только больше перепугался и собрался драпать на всех парах.

Носорог подсек его мордой, быстро выбежал и загородил куту путь, на котором проскочил очередной песчаный шип. После чего загнал Таршина обратно.

– Фин, я не смогу следить и драться, говори когда он нападет, – сказала Рюга на имперском.

– Понял!

На минуту все стихло.