Малой 3

Когда мы перешли к содержимому сейфа, тут уже не выдержал присутствующий Умо Рив: – Я весьма впечатлён, мой мальчик. Как мы старые дурни сразу не догадались, что сейф блокируется твоим Искином? Кстати, этот метал называется линозиум и используется он для выращивания кристаллов, используемых для формирования ядер Искинов. Не возьмусь с ходу оценить его стоимость, но этот запас явно тянет на несколько миллионов кредитов. Теперь вы миллионеры, господа.

Господин Умо вскоре покинул нас, ссылаясь на неотложные дела и я остался наедине со своими стариками.

– Вот такие нам сделали предложения, мой мальчик, – этими словами Куим завершил пересказывать разговор с главой поселения. – Теперь мы вот думаем, чем лучше заняться в дальнейшем. Нам крайне важно понимать, что хочешь делать ты, остаться тут или, допустим, перебраться в Галию. Возможно, тебя устроит вариант, который предложил нам Умо. Мы будем работать в столице, а жить здесь. Время подлёта на флайере не будет превышать половины часа.

Очень долго мы беседовали, сидя в гостиной, я был согласен с любым предложением своих дедов. Тут с Куимом по нейросети связался Умо Рив и спросил, сколько мне всё же вписывать лет.

– Кстати, Малой, – рассмеялся Агал, – а ты разве ничего такого за собой не заметил?

– Учитель, – обратился я к нему, – заметил, конечно. Я стал гораздо легче и значительно быстрее погружаться в медитационный транс и даже несколько раз сделал это с распараллеленным сознанием.

– Хм, это очень даже неплохо.

– Наверху он, в спальне. А что?

Старик хитро прищурился и предложил мне: – Принеси его сюда и надень. Ты сразу заметишь, как что-то изменилось.

Я стремглав кинулся в спальню, достал из огромного, почти пустого шкафа, свой старый комбез и рванул обратно к дедам.

– Ну теперь надевай его, – повторно хмыкнул этот ехидный учёный.

Скинув технический комбинезон, подаренный мне мастером Рибусом, я начал натягивать свой старый и проверенный комбез.

– Теперь-то ты видишь? – с нетерпением произнёс Агал, указывая рукой на мой маленький комбез.

– А вы-то откуда узнали, что он так съёжился? – спросил я у профессора.

– Вот ты, бестолочь! Это не он съёжился. Это ты за декаду так вырос, что мы сразу и не признали тебя.