Камер-паж ее высочества. Книга 1. Часть 1

 – Погоди немного, принесу тебе еды. Или ты сытый? – пес посмотрел на меня умными все понимающими глазами, и свесив красный длинный язык улыбнулся своей собачьей улыбкой.

– Ладно, Джек, мы торопимся, сейчас вынесу тебе пожрать, утроба ты ненасытная. – я еще раз взлохматил псу шерсть на голове, и кивнув стоящему уже у крыльца, и кутающемуся в мою куртку задубевшему Крису, двинул в дом, не забыв прихватить миску.

– Апчхи, тьфу ты… – друг громко чихнул и видимо по привычке вытер лицо рукавом. – Пофли, скорее… я чего-то самарес.

Черт, у него же обувь, промокшая… И уже сопли висят сосульками…

– Тяни дверь, не видишь руки заняты, – блин, я чувствовал себя виноватым. Если друг заболеет, это станет для него серьезной проблемой. мысли о состоянии Криса выбили из головы даже тот факт, что он вытерся после чихания рукавом МОЕЙ куртки.

Внутрь дома нельзя было попасть сразу со двора. Сперва нужно было пройти через небольшие сени.

В столице с топливом были проблемы. Леса вокруг города считались королевскими, и даже набрать хворосту, без высочайшего позволения было категорически запрещено. Не говоря уже о том, чтобы рубить деревья.

Это считалось воровством у короля, и наказывалось очень строго. Вплоть до смертной казни.

Дома отапливались в основном кизяком, брикетами из прессованной соломы, перемешенные с навозом, в обилии поставляемые окрестными крестьянами.

Более состоятельные граждане закупали земляной уголь, что привозили подводами купцы из горных районов. Говорят, чтобы добыть его приходилось вырубать в земле целые пещеры.

Весь холодный сезон обогреваться земляным углем, нашей семье было не по карману. Вот и приходилось мешать его с кизяком, да стараться, чтобы тепло не уходило из дома.

– Чего застыл? Давай быстрей. – я шагнул в полумрак сеней, освещаемых лишь дневным светом из проделанного в боковой стене оконца.

– А, да… иду уже иду. – мой товарищ пытался отряхнуть с валенок налипший снег, местами превратившийся в ледяную корочку.

Получалось это не очень…

– Да брось ты это дело, в доме поставим к печи, оттают, да и почистишь… – я в два шага поднялся по лестнице в три ступеньки, перешагнув среднюю.