Малой 6

Ходили, конечно, слухи, что существует платная возможность продвинуться в очереди к монаршему вниманию. Но утверждать не посмею, я не успел убедиться в их правдивости. Видимо, император Логуст Справедливый и Денолок Микток уверены, что деятельность корпорации «СЕМЬЯ» затрагивает интересы империи.

– Отец, – дослушав длинную эмоциональную речь произнёс Валенд, – теперь и ты понимаешь, что с нашей аудиенцией и награждением что-то не то. Я изучил официальную информацию имперской канцелярии и очень удивился. Знаете, сколько за последние десять циклов в империи вручалось орденов «Защита чести империи»?

– Делать мне больше нечего, – ворчливо заметил старик и недовольно покосился.

 – Ну и сколько?

– Четыре! – торжественно произнёс молодой псион и с видом победителя уставился на отца. – Причём троим военным эти награды были присвоены посмертно.

– М-да, – тут же растерял весь задор и ехидство глава семейства. – Тогда я совершенно ничего не понимаю.

– Но самое важное не это! – не унимался сын. – Вы же помните, что император упоминал о каких-то ста миллиардах энергонов.

Что-то я не слышал о таком шикарном предложении.

Мне внезапно захотелось просканировать мысли Янгуса младшего. Что-то он через чур увлёкся мыслью о миллиардах. И действительно, следовало регулярно уделять внимание настроению и желаниям близких мне разумных. Пусть это покажется неэтичным, но сейчас нельзя рисковать даже в мелочах. Если мысли и чувства опекуна я знал, как свои, то Валенда пока не пытался контролировать.

Ну и что вы думаете? К сожалению, я оказался прав в своих подозрениях.

Янгус Валенд, как и остальные его братья, страстно желал свалить подальше из этой империи. Всё-таки факт, что родной отец добровольно исполнял обязанности имперского палача, продолжал причинять ему душевную боль. Вален долго отгонял от себя неприятные воспоминания, но желание улететь всё-таки победило. И вот сейчас, когда появилась возможность моментально получить огромную сумму, он решился на откровенный разговор с отцом. Меня он, естественно, не принимал во внимание. Даже обидно.

Направить мысли Валенда в нужное русло было делом одной минуты. Но меня что-то сдерживало. Возможно, так называемые нормы морали. Его отец тридцать лет ждал и надеялся, что сын жив. Янгус Румен только сейчас вернулся к полноценной жизни и снова ощущал рядом родную кровь. Он вернул из небытия своего ребёнка. И если сын улетит с планеты навсегда, то старик этого не переживёт.

Нет, прямое вмешательство тут не годится.