Берсерк забытого клана. Тернии Великого Разлома

На его великолепном профиле аристократки Русских полей класно закреплен кокошник…

Тимка, да растудыт твою налево от сарая – бабулька-карлик. Это просто жесть!

– Браво господа и дамы! – выдавил я из себя, практически плача.

– Ну… ребятки и девчатки! Всё! Нет сил моих больше терпеть!

– У-а-а-х-ха-хах-ха-хаха… Г-га… А-а-а-а! Мама роди меня обратно! – я повалился со стула на пол.

Я предался истерическому приступу нескончаемого хохота… Слов нет в запасе, впрочем, как и вообще говорить хоть что-то.

Меня не поддержали, но и не мешали, молча созерцая буйство эмоций. Нахохотавшись вдоволь, я взял себя в руки и вернулся в правильное положение, сидя на стуле.

– Феликс, что-то не так? – осторожно поинтересовался Иван.

– Ну-у-у, как вам сказать, высочество? – я скривил губы и подпёр подбородок ладонью. – Правду если резану – вы за сабельку схватитесь, – я начал критическое глумление над сыном монарха. – Так что я, пожалуй, промолчу.

– Хорошо, – Иван лаконично кивнул.

– Вот и я так думаю, – Сэр Рафаэль поддержал Годунова в смелом начинании.

– Все присутствующие на это согласны? – громогласно поинтересовался я. – Или есть воздержавшиеся? А? – строгости моей нет предела, что я и отразил и в мимике, и в поведении, как олицетворение угнетателя населения мира.

Молчаливые взгляды исподлобья послужили мне доказательством всеобщего согласия на передачу бразды правления.

И я решительно взял всё в свои руки. Тем более, что у меня-то есть конкретный план, о котором никто и не помышляет.

– Василисушка, милая, – я обратился к пассии Григория, которая всегда присутствовала на наших собраниях, но делавшая это незаметно и никому не мешая.

– Чего изволите-с, барин, – розовощёкая красавица слегка поклонилась.

– Вась, перестань манерничать, мы же с тобой договаривались, – я скривился. – Так ведь, Гриня?

– Да-да, – молодой граф Распутин моментально среагировал на призыв.

– Так вот, – я резко пресёк дальнейшие разглагольствования на тему этикетов обращений. – Найди пожалуйста Деда Ермака, и попроси его разыскать Прасковью, ту статную даму, которая знает массу полезных применений коромысел, – я дал девушке чёткое указание и задумался над воплощением приказа Пожарского Петра Дмитриевича.