Ночные тени

Отодвинув руку, я увидела на груди девушки знак морока. Руна смерти, переплеталась терновым узором по кругу и выглядела так, что ее выжгли на теле девушки.

Именно так, порождение тьмы отмечает своих жертв и выслеживает их, чтобы после убить и поглотить душу.

Теперь сомнений не осталось.

Это точно был морок.

******

Этой же ночью мне снится кошмар, словно я была той девушкой, которая была найдена убитой накануне. Я бегу по мощеным улицам, в панике ищу место, где можно спрятаться. Сердце бешено стучит о ребра, а легкие начинает печь от сбивчивого дыхания.

За спиной все отчетливо слышится злобный рык.

Я спотыкаюсь, но удерживаю равновесие и бегу дальше, в страхе цепляясь за прохожих с мольбой о помощи. Но они не понимают, от чего я бегу и чего так сильно боюсь.

Я выбегаю на главную улицу, которая ведет к царскому дому, величественному зданию в несколько этажей, украшенным белым камнем. Он обильно украшен позолотой и пилястрами. Я бегу уже из последних сил, все острее ощущая присутствие дикого животного позади себя.

Пробравшись в сад, я в надежде прячусь в тени плодовых деревьев, пытаясь успокоить свое сбившееся дыхание, но жуткий страх не покидает меня.

– За убитое дитя….

Шепчут мне листья на ветру ледяным голосом.

– … наказание за грех.

Тихий, гневный рык раздается в тени, совсем рядом со мной. Мне уже не убежать, и я вжимаюсь в кору дерева, в надежде, что зверь отступит.

Я вижу его желтые глаза во тьме и понимаю, что моя смерть неминуема.

– Я не хотела.

Правда. Я не хотела его топить…

Но зверь не слышит мои мольбы, он медленно показывается из тени, оскалив свою почти разложившуюся морду и приникает к земле, готовясь к прыжку.

– Прошу, не надо…

Но моя отчаянная мольба тонет в рычании и чавканье накинувшегося на меня зверя…

Я проснулась от этого кошмара в холодном поту, ворочаясь в надежде, что остатки сна покинут мою память, но каждый раз, когда я закрывала глаза, страшный сон накатывал на меня с новой силой.

Со мной дурные сны были всегда, сколько я себя помнила.

Частенько сны были вещими и подтверждались уже на следующий день. Такой особенностью обладала не только я, а все мэтры Ордена, но ко мне сны приходили чаще. Аксинья, наша матушка-воспитательница считала, что моя маленькая особенность была дана мне потому, что я была слишком чуткой и мнительной. Сила Мораны укрепляла меня, даруя испытания страшными снами.

Я привыкла их не бояться, но этот сон, определенно, заставил меня ужаснуться.