Вий 2.0. Рассказы о вирт-реальности

Где располагаются камеры?

Губы директора изогнулись в кривой улыбке.

– Позвольте мне ответить после того, как вы закончите интервью.

Они вошли в комнату для визитов, и Инга увидела заключенного. Дарвин Репи хмуро смотрел то на нее, то на директора тюрьмы, то на оператора, стоявшего за пультом управления.

– Добрый день, – сказала Инга, садясь за стол.

Репи угрюмо кивнул в ответ. Его бледное, осунувшееся лицо заросло щетиной, глаза запали. Инга достала из сумочки брелок-диктофон и положила перед собой.

– Я представляю журнал «Акрополь» и хотела бы задать вам несколько вопросов.

– Валяйте, дамочка, – в голосе заключенного звучала неимоверная усталость, – мне хоть какая-то передышка.

Он закашлялся, но динамики исказили звук, и кашель превратился в утробный лай. Инга повернулась к директору с выражением крайнего неудовольствия на лице.

– Мне говорили, что вы предоставите заключенного, а не его изображение через веб-камеру. Интервью по Сети можно брать и сидя в редакции, а не ехать сюда через весь город.

– Уверяю вас, это именно то, о чем мы договорились с вашим руководством, – заметил директор. – Другой вариант интервью невозможен. У нас здесь тюрьма строгого режима, это ради вашей безопасности.

– Я все же настаиваю, чтобы Дарвина Репи привели сюда.

Директор поджал губы, затем, подумав, кивнул.

– Что ж, если вы настаиваете…

– Настаиваю.

– Тогда прошу за мной.

– Куда?

– Для начала придется вам кое-что показать.

– Да-да, дьявол тебя забери! – зло прокричал им вслед Репи с экрана широкого монитора.

Директор сделал знак оператору, и экран с лицом заключенного погас.

Когда спустя десять минут они вернулись в комнату для визитов, лицо Инги было бледнее мела.

Она села на прежнее место, директор налил ей тоника из графина. Отпив, девушка со стуком поставила стакан на стол – рука ее дрожала. Она сделала над собой усилие и вновь посмотрела на экран, на лицо заключенного.

– Итак, господин Репи, – за что вы осуждены?

– Я изнасиловал и убил девять женщин, а также семилетнюю девочку, мэм.

– И как вы себя…? Каково это – быть здесь, в «Эшнатоне»?

Заключенный мрачно усмехнулся и посмотрел на директора.

– Думаю, он расскажет вам об этом лучше меня. Я могу лишь описать ощущения, а создатели все разъяснят вам подробно. Вам ведь для статьи нужно именно это.

Обычно колкая на ответы Инга в этот раз промолчала.