Метро 2035: Эмбрион. Поединок

А теперь это просто сумка, и спроси вот этого бородатого – для чего она, пожмет плечами, да еще посмотрит как на идиота.

Что внутрь положишь, для того она и есть.

До окраины бывшего города Боброва добрались быстро. Вон он виднеется, пост рядом с небольшим зданием вокзала, вниз к реке уходит пологий склон. Под засыпавшим все свежим ярким снегом городок кажется почти сказочным. Почти нормальным, так даже точнее, словно и не было двадцати двух лет после Черного дня. Ничего здесь не изменилось, кажется. Если только машин теперь почти нет, а людей с оружием прибавилось.

Хотя нет, не все с оружием. Вон знакомая фигура топает с предметом культуры в руках. Музыкальным, мать его, инструментом. Фредди Джаггер наших дней. Ножки короткие, толстые, катится колобком, да прямо к ним.

– Кат, дружище! Братишка! Ой, прости, сорвалось… Спасибо тебе огромное! Я ж без тебя в избе этой так бы и сидел. Гнил, понимаешь, как на каторге! А ты!.. И меня вот это… Амнистировали! Сам князь!..

На дикие вопли прыгающего вокруг них Садко начали подтягиваться зрители.

Вот замотанная в драную куртку местная тетка подтащила санки с сидевшим на них ребенком, укутанным в старое одеяло: полюбуйся, мол, какие дяди бывают. Правда, судя по закатившимся под прикрытые веки глазам и свисавшей вечной сопле, с ее отпрыском что-то было крепко не так. Ему что дяди, что жирафы, что второй Черный день – все равно ума не хватит понять. И здесь с детьми беда какая-то, вот же черт… Не только в Воронеже.

– Придурок, – тихо сказал певцу Груздь. – Теперь кто тебя еще не знал – узнает, а Старосте с Председателем лишняя информация через говорунов: идет ваш Кат, ждите.

Сталкер схватил Садко за воротник, смяв и край бородки, и подтянул к себе:

– Для начала – заткнись!

Бродячий певец послушно захлопнул рот, но собравшаяся вокруг группка местных жителей расходиться и не думала. Да уж, красавец, создал ненужную рекламу.

– Я ж теперь должник твой, – просипел Садко.

– И что?

– С вами бы мне… Я ж это… Долг платежом красен, дружище.

Груздь что-то проворчал в бороду, невнятно, но Кат решил за это уцепиться:

– Гнать его в шею? Как скажешь.

– Да ничего я не говорю, – на этот раз понятно откликнулся дружинник. – Сам решай. Мужик он мутный, но его вся округа знает. И он всех. Может, чем и пригодится по пути.