Инквизитор. Книга первая

Повертел в руках, оценивая балансировку, осмотрел качество ковки. За эти деньги придраться было не к чему. Обычное, надежное армейское оружие. Не подведет в бою, но и без каких-либо изысков, навроде утяжелителей на яблоко рукояти, какой-нибудь особой формы крестовины, чтобы вражеское оружие соскальзывало, или, наоборот, застревало, не было и дола для облегчения. Ничего. Самые обычные клинки. Удовлетворившись осмотром, он вручил оружейнику оговоренную сумму, они, довольные сделкой, пожали друг другу руки, и продавцы удалились.

Цыко вернулся только к полуночи. Довольный. Заплечный мешок его был забит доверху. И в руках он с благоговением нес огромную стопку книг, что значительно возвышалась над его собственной головой.

– Похоже, – начал он, аккуратно сгружая книги в повозку и утирая со лба пот, – мое зелье подействовало. Видел, как сжигали гору тряпок, и вонь стояла на всю улицу. Испортили мы торговлю тем мастерам торговых отношений.

– Да, я их тут видел. Палками из города гнали.

Ну и несло же от них. Это надолго?

– Надолго. – Успокоил его приятель. – Ну что, обратно к ручью, переночуем, утром поедем?

Купец кивнул. Они забрались в груженную новыми товарами повозку и направились к проверенному месту для ночлега.

Часть 6

Отец Валон и брат Эдо добрались до Альты ровно за неделю. Суд над деревенским священником был назначен аж на следующий месяц, но святой совет принял показания отца Валона в письменном виде и ему было разрешено отправиться в обратный путь немедля.

Они собирались отбыть в тот же день, как вдруг в келью, которую они с монахом временно занимали тихонько постучали. На пороге возник совсем еще молодой монах в белой рясе, подпоясанной черным с серебром поясом. Да, Альта была ликом церкви. И все здесь сияло великолепием. В том числе и местные служители носили мягкие белые рясы вместо обыкновенных, выполненных из грубой серой ткани.

– Простите, что потревожил ваш покой, братья, но его святейшество кардинал Тунре просит вас о визите.

Отец Валон отложил перо, коим записывал что-то на белоснежном листе гладкой бумаги. Такая бумага была только тут. Слишком дороги алхимические процессы ее изготовления. Остальной люд пользовал более грубую, отдающую желтизной бумагу, об которую быстро стирались перья.

– Это большая честь для нас. Когда нам следует нанести сей визит?

– Кардинал сказал, что если вам будет сие угодно, то немедля.

– В таком случае идемте же.