Старьевщики

Серега махнул в ее сторону рукой и спросил, отсмеявшись:

– И че, все это правда?

– Скорее всего, просто красивая пуля, журналисты сочинили, – пожал я плечами, – но забавная, согласись.

– Да уж, тут не поспоришь, – сказал Серега несколько разочарованно, – Только причем тут теория?

– При том, что порой смысл чего-то, что кажется нам таинственным, непонятым, лежит на самой поверхности. Просто мы сами в силу своей зашоренности, или обычной тупости не хотим этого очевидного увидеть.

Менгеле ничего не ответил и сосредоточено уставился на доску.

– А что ты думаешь со своим золотом делать? – вдруг поинтересовался Менгеле, авантюрно двигая королевскую пешку вперед.

– Да я не знаю еще, позовут ли? – пожал я плечами, без сомнений забирая жертву.

– Как это не позовут? – возмутился Менгеле. – С какой это стати не позовут?

– Так я не местный.

– Да ладно тебе. Скока ты у нас уже? Лет пять? Четыре? Ну вот, четыре года – это срок! Позовут, непременно позовут, я тебе говорю!

– Ладно, ладно, ты ходи, – напомнил я, – если позовут, так пойду.

Правда, у меня из вещей всего ничего.

– А у меня… – Серега обвел глазами комнату. – Господи, да почему же у обычных людей накапливается так много барахла? Нет, точно тебе говорю, если бы не старьевщики, мы бы и не поняли, какие мы, в сущности, скряги. Копим чего-то, собираем дерьмо разное, которому место на помойке.

– Ты мне зубы не заговаривай, – сказал я строго. – Сдаешься?

– Ну сдаюсь, – покорно сказал Менгеле.

 – Тасуй заново, а я пока разолью.

Расставляя фигуры, я рассказал Менгеле еще одну лунную историю:

– Когда америкосы тестировали «Орла», ту самую фиговину, что конкретно на Луну садилась, то для испытаний выбрали пустыню в Неваде. Самое гиблое место: вечное пекло днем, дубак ночью, ни воды, ни растений, одни камни. Очень на лунный пейзаж похоже. Так вот, вечером выходит к их лагерю старый индеец, судя по обилию перьев в башке – вождь.

Ну и спрашивает, мол, чего здесь творите? Ему объясняют про полет, про Луну. Он как услышал, сразу возбудился и сообщил, что на Луне живут его Боги. И очень попросил передать им от него личное послание. Коренной народ обижать грех, так что Армстронг пообещал. Вождь трижды сказал свое послание на своем языке, заставил астронавтов его запомнить и повторить и вполне довольный собой удалился.

– И че он для своих богов наговорил? – заинтересовался Серега.