Тысяча улиток на одном велосипеде. Сборник рассказов

Несколько листьев прилипло к стеклу, а самый крупный свернулся в трубочку и колотил в деревянную раму.

– Однако, – воодушевился Мастер и распахнул окно. – Какими судьбами, Джанджи?

– Ну, наконец-то! Ну, сколько можно стучаться? Чего так долго? – возмущенно пробубнил лимонник и вполз на подоконник.

Я застыл, наблюдая, как длинный стебель обвивается вокруг графина с водой, как поднимает его и жадно опустошает.

– Рад тебя видеть, Джанджи, – Мастер наполнил графин. – Как поживает Емельян Аркадьевич? Давно с ним не виделся.

– Куда он уедет? От меня то? – воскликнул лимонник и собрал в кольцо свои ягодные грозди. – Дома сидит. Уже который месяц. Не выходит. Я ему говорю, Емельян, иди, проветрись, прогуляйся. А он – ни в какую!

– Он здоров? Может проведать нужно?

– Я как раз для этого и спустился. Четыре этажа вниз полз. Два дня! Пока до вашего окна добрался. Прошу, сходите к нему, а то меня он не слушает. А вас, уверен, послушает.

– Хорошо.

Мы направились к лифту и приехали на шестой этаж. На лестничной площадке Мастер остановился и посмотрел на меня:

– Будь аккуратнее, мой друг. Это я познакомил Емельяна Аркадьевича с Джанджи. Давняя история. Ничего там не трогай и лучше ничего не спрашивай. Джанджи легко может свести с ума. Думаю, это именно тот случай.

Замок в двери был уже открыт, но сама дверь с трудом поддавалась. Что-то держало её изнутри. Мастер достал фонарик и направил его в тёмный коридор.

– Так и думал, – сказал он вполголоса. – Лезь за мной, только не поломай стебель.

Мы протиснулись в узкую щель и оказались внутри тёмно-зеленой паутины. В глаза, в нос поползли листья, ягодные гроздья, а резкий лимонный запах оказался настолько сильным, что через несколько шагов у меня закружилась голова. Я натянул ворот до середины лица и устремился за Мастером.

– Емельян Аркадьевич? Вы здесь? – Никто не ответил, и мы решили продвигаться дальше.

Вдруг в нескольких шагах где-то на уровне пола раздался глухой стон. Мастер нагнулся и раздвинул густые спирали разросшегося лимонника. Сквозь паутину, сплетенную плотным стеблем, показалось изможденное лицо хозяина квартиры.

– Помогите!

– Дайте руку, сейчас мы вас вытащим!

Через полчаса мы вчетвером – я, Мастер, Емельян Аркадьевич и Джанджи – сидели на единственном диване в заросшей гостиной.