Курьёзы Комбинатора в тонких намёках на толстые обстоятельства

Там, цены немного, демократичнее, плюс баня, но не наша, а совсем другая, … какая-то Япона бань. Там надо свою одежду не на крючки вешать, а в плетёные корзинки складывать. Шайки деревянные… Маленький бассейн един для мужиков и дамс, разделён не полностью – сверху немного, одной доской, но пользуется большим успехом у публики, как пункт взаимного наблюдения! В общем, парень, поверь – ловить рядом больше нечего. Это заведение весьма авторитетное и постоянные очереди это подтверждают.

– Это факт! – подтвердил вихрастый, – по-другому у них не бывает.

– Я понял, – тихо произнёс Бендер отходя в сторону, – лучше длинная живая очередь, чем короткая автоматная.

Оскар достал из портфеля свой древний пропуск в Академку, в виде красных корочек с гербом СССР, приложил денежку и подняв руку вверх, уверенно двинулся на швейцара, произнося: «Свои из органов! Повторяю, из органов!» – швейцар, с удивлением посмотрел на герб, адмиральскую фуражку, быстро отдал честь и, приобщив к своему карману очередные «пожертвования», ключом отпер вторую дверь бара.

С внутренней стороны дверь была обклеена рекламными этикетками. Оскар, у неё немного притормозил, знакомясь с новинками, от которых веяло новым «демократическим ветром»:

«Гуляй рванина от рубля и выше!»

«Пейте пиво пенное – будет жизнь отменная!», а рядом – «Наше пиво не только хорошо входит, но и отлично выходит!».

Ниже:

Пиво отпускается всем, кроме членов профсоюза.

«Сегодня день В. Высоцкого. ПОПУРРИ только в его исполнении!»

Закончив ознакомление с этикетками и объявлением, Иванов-Бендер неспеша направился к барной стойке.

Пив-бар был наполнен табачным дымом, с привкусом спиртного, воблы с раками, оптимизмом людей с массивными пивными кружками, и разговорами, под попурри…

– Да… Народ, как всегда прав, пока жив! Нужно иногда отдыхать, особенно от своих грустных мыслей, – рассудил Иванов-Бендер, подходя к барной стойке и наблюдая за обстановкой.

Зал был забит битком разношерстной публикой, но женщины не просматривались.

– Многие, как и я, пришли сюда чтобы немного развеяться, – рассудил Оскар, – другие от нечего делать. Иногда эта часть что-то делает от нечего выпить, но которая чаще других загибается от нечего делать и нечего выпить!

На стенах среди экзотических бутылок красовались «умные» новые разноцветные лозунги и наклейки всех времён и народов:

«Но хмель отечества по-прежнему нам сладок и приятен».

«Ленин говорил: земля – крестьянам, заводы – рабочим, пиво – мне».