Постельный режим

Медсестра-толстуха, возившаяся с катетером, мешала их рассмотреть, к тому же Артем не мог долго держать голову на вытянутой шее – мышцы затылка сводило от боли, и голова раскалывалась, словно внутри грохотали сотни отбойных молотков. Он прислушался к организму и ощутил тупое жжение в пояснице, будто позвоночник пилили ржавой ножовкой с затупленными зубьями.

Артем откинулся на подушку и попробовал пошевелиться. Руки едва двигались: казалось, мускулы и кости превратились в желе, и каждая попытка их приподнять заканчивалась ощущением невероятной усталости, разливавшейся по всему телу.

– Что со мной? – сипло выдохнул он. – У меня травма? Перелом позвоночника?! Я парализован?!

Мысли в панике мельтешили в голове: один за другим мозг подкидывал диагнозы, о которых Артем когда-то слышал. Медсестра, кинув на него равнодушный взгляд, сухо ответила:

– Тебе нельзя волноваться, голубчик. Нужно соблюдать строгий постельный режим.

Кто-то из соседей по палате фыркнул от смеха. Артем, облизав пересохшие губы, снова спросил:

– Я в реанимации?

– Здесь нет реанимации. – Медсестра поморщилась, поправляя катетер с таким выражением лица, будто вид мужского члена вызывал у нее рвотный рефлекс.

– Где я? – не унимался Артем. – Что это за больница?

Медсестра повесила мешок для сбора мочи на ржавую проволоку, приделанную к койке, и с безразличием посмотрела на Артема.

– Голубчик, тебя нашли без сознания в разбитой машине на гравийке в тайге. Привезли в больницу. Полдня ты провалялся в отключке.

Воспоминания бурным потоком хлынули в мозг, и Артем судорожно вздохнул: ребра от глубокого вдоха отозвались резкой болью. Он скосил взгляд на оголенную грудь и заметил на ней множество глубоких ссадин, обмазанных йодом. Некоторые раны покрывали марлевые повязки, зафиксированные лейкопластырем.

– Я хочу поговорить с врачом! – потребовал он.

– Обход врача будет утром, – отрезала медсестра. – А сейчас тебе нужно отдохнуть, голубчик.

Взяв шприц, резким движением она вогнала иглу в катетер на руке Артема и впрыснула лекарство.

– Что вы мне вкололи? – испугался Артем, наблюдая, как медсестра убирает шприц в эмалированный лоток.

– Обезболивающее. – Кривая ухмылка разрезала толстое лицо. – Чтобы голова не трещала. Тебе надо ее беречь, голубчик.