Записки филиппинки (сборник)

О потенциальном ночном воре. О том, что их государственной собственности пришел бы п…ц[1 - По этическим соображениям слово «писец» здесь и далее заменено на слово «чернобурка».]! Пардон, чернобурка! Если бы не моя бдительность.

И все это шепотом, чтобы, не дай Бог, не разбудить пассажиров, не привлечь их внимания. И самое главное, чтобы Боря Ц. всего этого ужаса не видел.

– Она еще нагло врет! – фыркнула проводница, угрожающе вскинув руки в бока. – Вот этот пассажир все видел. Он свидетель!

– Мужчина, скажите, ведь это недоразумение! Мне не нужна чужая подушка! – хватаю я за руку мужика, стоящего в одних носках на грязном полу плацкартного вагона.

– Не знаю. Нужна она или нет? – чешет репу мужик. – Но я видел, как вы прятали подушку в сумку.

– Сейчас милицию вызовем! Это же надо, подушки уже воруют! – громко кликушествует проводница.

И я вижу, как над верхней полкой – о ужас! – вырастает взъерошенная голова Бори Ц.

Боря Ц. вопросительно смотрит на меня. А вместе с ним просыпаются и другие пассажиры.

Я понимаю, что это катастрофа! Позор! И иду за начальником поезда.

Начальник поезда оказался человеком разумным. Выслушав мои аргументы, он усмирил проводницу, поняв, что скандал с подушкой – недоразумение. Дал мне таблетку валерианы. Но переселять меня с детьми в другой вагон, подальше от свидетелей моего унижения, отказался.

До самого утра я не спала, стыд сжигал меня своим малиновым пламенем, и я все думала, как же утром на меня будут смотреть все пассажиры, свидетели моего ночного позора.

Ранним утром, когда наш поезд прикатил в Херсон, я, мнительно потупив глаза, на виду у пассажиров, как мне казалось, с упреком глядящих на меня, покинула вагон вместе с детьми, Борей Ц. и багажом.

Свою домашнюю хлопковую подушку, пропитанную гавайским летом, я навсегда забыла в вагоне «Укрзализныци».

Каникулы мы роскошно провели на природе Новой Каховки. Купались в тихом Днепре, ловили жирных карасей, варили варенье.

И Боре Ц. наварили несколько банок с царскими персиками.

Но ночной скандал с подушкой отравлял мне жизнь. И мне все время казалось, что Боря Ц. бросает на меня вопросительные взгляды. Я старалась угодить гостю, подкладывала ему самые лучшие куски, покупая на рынке домашних уток, творог, сметану, фрукты.

И, пытаясь реабилитироваться за тот ночной кошмар, все время рассказывала Боре Ц. смешные случаи-недоразумения.