Дверь в 37 год

Видимо в голове молодого солдата проходил усиленный мысленный процесс, потому что в следующее мгновение он громко закричал: «А-а-а, попался, гад! Сейчас будет тебе на орехи!»

Два конвоира между собой недоуменно переглянулись, не понимая значения слов караульного.

– Этот, гад, пробегая по коридору к выходу, меня пнул под яйца два дня назад! – показывая желтым от курева пальцем на Вострикова, пояснил молодой солдат.

– Там разберутся! – показывая рукой в сторону коридора, произнес один из сопровождающих.

Шагая по тоннелю, Илья старался морально приготовиться к допросу, но ничего не получалось.

Мужчина со страхом размышлял, как увидит палача и следователя. Как ни старался Илья, но никак не мог составить в голове примерный план, что говорить. Входя в комнату допросной, пришелец из будущего увидел знакомую картину: стол следователя, оббитый зеленым сукном и небольшой деревянный для пыток. Рядом со столом стоял верзила и потирал волосатые кулаки.

– Конвой, свободен! – не глядя произнес капитан за столом, перелистывая страницы личного дела арестованного.

– Садись сюда, милок! – наигранно ласково проговорил Архип, показывая рукой на табурет.

– Ничего не пойму из дела. Есть докладная записка бригадира Мошкина по поводу антисоветской пропаганды. И в тоже время есть протокол допроса, где указано, что подследственный психически не нормален. Здесь капитан Востриков указывает, что Сухарев – пришелец из будущего! – вдруг подал голос следователь. – Да, похоже, придется отправлять арестованного в психиатрическую лечебницу, – размышляя о чем-то своем, проговорил капитан.

 – Все равно допрос нужно провести, – вяло проговорил следователь, делая запись на очередном листе.

– Фамилия, имя отчество, год рождения? – начал задавать стандартные вопросы капитан.

И тут Илья понял, что если он сейчас будет соответствовать своей легенде про душевнобольного, то его будут бить меньше. А может, и совсем не станут! Не делая паузы, ученый стал быстро пересказывать свое прибытие из будущего, исключив из него только информацию про секретный ход из квартиры Зориных.

Не перебивая арестанта, капитан слушал, открыв рот. Подобного в его практике еще не было. Даже Архип, повидавший много подследственных, заслушался от повествования будущего. Как маленький ребенок, он присел на край пыточного стола и внимательно слушал арестованного, широко открыв глаза. На простоватом лице доморощенного Малюты Скуратова отображались скупые эмоции.