Отказник

И подобное отношение к своим обязанностям было не только у него одного, но и у многих больных, которые желали иметь немного свободы.

А конкретным дуракам и психам доставались пощечины и удары по почкам от санитаров, которые таким образом воспитывали своих подопечных.

«Как же хорошо посидеть на скамеечке до обеда, когда летнее солнце немного обжигая кожу на лице наносит на него свой непередаваемый колорит загара», – думал Максим, сидя на скамейке раскинув руки в стороны.

Редкие походы к докторам в кабинеты на третьем этаже здания для обследования, совсем не тяготили его, а только смешили своими глупыми вопросами. Например: – Расскажите, как вы относились к домашним животным в детстве, и какие цвета нравятся больше?

Или: – Какие сны вам обычно снятся и что там происходит?

Перестав удивляться подобным вопросам докторов, Максим честно отвечал на них, при этом не переставая глупо улыбаться, как ему советовала Марина Ивановна.

Конечно, дипломированных докторов не провести с кратковременными провалами в памяти и тихим помешательством, но соблюдать легенду было нужно. Чаще, Максим ходил на прием к доктору Иванцову, который курировал его, и от которого зависело само заключение.

Но тут Марина Ивановна уже заранее все решила за солдата, обговорив детали с Иванцовым. Цена вопроса по справке из данного учреждения была твердой и выражалась в сумме двести пятьдесят рублей.

И надо признать эта сумма была адекватной, за возможность «откосить» от службы в армии навсегда!

«А что делать, у каждого свой бизнес и возможность заработать деньги», – говорила Марина Ивановна.

Вспоминая короткий разговор с женщиной перед тем, как ложиться в дурдом, Марина Ивановна тогда сказала:

– Полежишь две недели, потом выйдешь со справкой на руках, и мы пойдем в военкомат.

– За деньги не беспокойся, в дурдоме все схвачено и цена вопроса двести пятьдесят рублей.

Но тебе придется отработать эти деньги, а также одну тысячу рублей за новый паспорт с пропиской. Ты должен меня правильно понять, потому что деньги на дороге не валяются, а я должна их вытащить из бизнеса, которым занимаюсь. Поэтому, теперь ты мой! – твердо сказала женщина.

При этих словах солдат почувствовал себя немного рабом, которого купили и теперь он должен много и часто работать.