Грааль? Грааль… Грааль! Я – ключ

В окружающем только два цвета: насыщенный кобальт низкого мглистого неба и серая урбанистическая масса безликих кварталов.

В гараж он заходить не стал. Несмотря на непогоду, решил пройтись пешком, благо, друг жил недалеко. Откровенно говоря, ему такая погода нравилась. Здесь главное одеться адекватно: плотная, непромокаемая куртка с капюшоном, накинутым поверх кепки, грубые, почти брезентовые джинсы и надежная теплая обувь из гидрофобной кожи. Ему нравилось это почти животное чувство неуязвимости перед разбушевавшейся стихией.

Когда вроде бы тонкая оболочка обуви-одежды надежно защищает тебя от хлещущих струй и холода. И только лицо омывает ветряной влагой свежайшего, насыщенного озоном воздуха.

А вот и супермаркет. Он зашел внутрь. Что брать? Их с другом любимые напитки – бурбон и хорошая водка. Егор посмотрел на цены и, соотнеся их со своими нынешними финансовыми возможностями, решил остаться патриотом.

Знакомый подъезд с вечно заедающим домофоном. Старые, вытертые до блеска, ребристые ступеньки слишком крутой металлической лестницы.

Хлипкая деревянная дверь квартиры. Егору показалось, что друг открыл раньше, чем он нажал на звонок. Из дверного проема высунулась рыжая всклокоченная башка, а за ней – весьма дородное тело в распахнутом домашнем халате.

Прямо с порога хозяин заорал:

– Ага, решился-таки, бирюк. Молодчина! Чё так долго? Давай проходи! Чувствуешь запах с кухни? Сейчас оценишь мой шедевр.

Евгений любил и умел готовить. Кулинарные изыски были его хобби. На этот раз друзей ждала утка с черносливом, запеченная в духовке, хе из макрели и один из коронных Женькиных салатов собственного изобретения (определить их состав на вкус было практически невозможно, а спрашивать у автора – бесполезно).

Птица была просто изумительна. Лишенный женского внимания Егор уже и забыл, когда в последний раз ел по-человечески.

Трапезничали со вкусом, не торопясь. Долго-долго беседовали. Удивительно, но на этот раз говорил в основном гость. Да и было что сказать. Через пару часов, подогретый извечным русским катализатором общения, он и не заметил, как выложил другу все.

Женька больше молчал, изредка вставляя фразу-другую.

Посиделки дали результат. После застолья Егору стало гораздо легче. «Давно надо было выговориться», – думал он.

Уже на пороге, прощаясь, Женя заметил:

– Слушай, Жорж, не хочу казаться банальным, но ты же знаешь: жизнь полосата, как зебра. Не унывай. Черная полоса в жизни всегда сменяется светлой. Наберись терпения.