Золотая рыбка. Все дозволено

– Ну что, – послал он мысль той чудо-машине, что лежала рядом, – справишься?

– КОНЕЧНО. ТОЛЬКО ПРИКАЖИ.

– Давай.

Он прикоснулся ладонью к щеке паралитика и прошептал:

– Ты здоров. Вставай.

Пауза.

– Не бойся, – в голосе «целителя» прибавилось силы, – отринь страх, говорю тебе – поднимайся!

Больной напрягся, булькнул горлом и, заботливо поддерживаемый родительницей, сел, свесив ноги с каталки. Ещё пара секунд, и бывший паралитик уже спустился на землю и застыл, слегка пошатываясь. Небритые щеки растянулись в широченной улыбке.

– Господи! Спасибо милень… – истошный вопль материнской благодарности утонул в восторженном рёве окружающих.

Секунда, и вновь тишина.

Затаив дыхание, люди ждали следующего чуда.

– Ну, а сейчас ты, – Михаил указал взглядом на девочку с огромной, размером с хорошее ведро, головой, сидевшую в инвалидной коляске со специальным подголовником. Гидроцефалия, врождённая. Этот диагноз даже ему был знаком.

Прикосновение руки, и ошалелые наблюдатели увидели, как медленно, сантиметр за сантиметром, череп пациентки приобретает нормальную форму, словно сдувающийся воздушный шарик.

Он заметил, как глаза девчушки заливает свет невыразимого облегчения и вдруг с дрожью в теле понял, каково это, всю жизнь носить на себе такой неподъёмный груз.

Дело пошло.

Нуждающимся не было числа, но он был готов работать хоть до ночи. Это только начало. Кому не успеет помочь сегодня, для того будет завтрашний день, месяц, вся его жизнь.

Как это можно было назвать? Конвейер чудес, не иначе.

За неполные полчаса новоиспечённый целитель успел вернуть здоровье шести диабетикам, дюжине гипертоников, трём астматикам, отрастить руку покалеченному мальчишке и излечить девушку, поражённую меланомой[6 - Меланома – самая злокачественная из известных опухолей (прим. автора).] четвёртой степени с метастазами в печень, лёгкие и мозг.

Через час больные закончились (точнее – стали здоровыми).

Пришёл черед обездоленных.

Без устали Пушкевич раздавал направо и налево тугие упаковки купюр (появляющиеся в его руках словно из воздуха).

Вот это было зрелище.

Народ словно взбесился, осатанел. С сожалением юноша наблюдал, что простые манипуляции с дармовой валютой производят на людей несравненно большее впечатление, нежели предшествовавшее этому поистине чудесное исцеление немощных.