Пентакль. Пять повестей

Как можно было не заметить этого раньше?

Несколько тщетных движений, и плавунья понимает, что запуталась, увязла, совершила непоправимую ошибку. Хочется вернуться в прошлое, все изменить. Но поздно.

Какая-то сила влечет вверх, исторгает из родного окружения в сухую удушающую пустоту.

Свет, чистый, благой, яркий.

Незримая горячая длань держит пленницу. Огромный глаз смотрит на нее, пронзая саму суть маленького существа, видя все хорошее и дурное. Трепеща всем маленьким телом, она чувствует: это око вправе решать, судить, карать и прощать.

Еще секунда, и рыбку отпускают в блаженную синь пучины.

2

Спина чувствует холод стылого пола, лицо – хлесткие удары по щекам.

Кто-то кричит:

– Святой воды принесите. Поможет.

Она открывает глаза, щурится, пытаясь сконцентрировать блуждающий взгляд.

– Очнулась, родимая, слава те Господи!

Голоса отдаются гулким эхом.

Над ней склонились несколько человек, в основном – пожилые женщины.

Тот же храм (только купол, почему-то, значительно выше (или это лежа так кажется?)).

На заднем плане маячит бородатое лицо священника:

– Слабенькая, малокровная, вот и сморило. Тащите ее на улицу, на воздух. Пусть продышится. Бог поможет.

– Н-не, – ее голос сипит, словно девочка молчала целые сутки, – оставьте, я сама.

Леночка осторожно поднимается, ее тут же заносит в сторону, но услужливые руки подхватывают, ведут.

Вот они уже снаружи.

Она вновь щурится, на это раз от яркого света.

Солнце жарит вовсю, будто и не было с утра безнадежной непогоды. С удивлением смотрит вниз. Странно, ступени каменной лестницы храма – темные, из серого гранита, а ведь она точно помнит, что были они из белого мрамора. Может это в глазах темнеет, после обморока?

Спустившись вниз, и многократно заверив сердобольных старушек, что с ней все в порядке, девушка поняла, что процедура похорон для нее закончена и с легким сердцем отправилась домой.

«Ф-фу, ну и жара!» – она скинула плотный жакет, оставшись в легкой блузке, и подошла к ближайшему ларьку:

– Воды, пожалуйста. Холодной, без газа.

Тучная потная продавщица со злыми глазами буркнула:

– 22 рубля.

Елена протянула в окошко мелочь и, взяв запотевшую бутылочку, с наслаждением опустошила ее почти наполовину.

Вот и остановка.

Ждать нужной маршрутки пришлось долго. Время клонилось к полдню, зной все нарастал.