Немец

Но они не могли даже предположить, насколько она не похожа на эти понятные и покорные страны.

Это был другой мир, другой континент и, в конце концов, чужая планета.

Ральфа поражали жилища русских, а их внешний облик и даже домашний скот отличались от всего того, что приходилось видеть в сопредельных странах. По европейским меркам, бескультурье в сельских районах было тотальным. За весь переход Ральф лишь однажды увидел настоящий ватерклозет – в помещении бывшего санатория, где его часть остановилась на ночь. Но чаще всего артиллеристы предпочитали ночевать под открытым небом, так как дома им казались слишком грязными и неуютными, к тому же кишели насекомыми.

Это уже после, зимой, любое теплое помещение представлялось Ральфу и его товарищам земным раем. Человек ко всему привыкает, в конце концов.

Солдаты, особенно в первые, победоносные недели кампании, вели себя с местным населением достаточно корректно, если, конечно, оно, хотя бы с виду, демонстрировало лояльность к вооруженным силам рейха. Но, наблюдая за бытом этого народа, даже самые образованные невольно задавались вопросом: можно ли считать его равным по развитию великим западноевропейским нациям, если он позволяет властям так над собою измываться?

Преодолев лишения похода, перепачканные в глине, до предела утомленные, но все еще веселые и по-детски уверенные в себе, солдаты, встретив на своем пути от станции до места дислокации лишь только природные преграды, вышли к огромному яблоневому саду.

За ним виднелись соломенные крыши и покрытые преимущественно синей краской оконные рамы бревенчатых домов русских крестьян.

Дивизион остановился в ста пятидесяти метрах от границы сада, рядом с нетронутой войной пилорамой. Ральф вытер грязным рукавом пот с лица, вздохнул с облегчением, предвкушая скорую награду за лишения многокилометрового пешего перехода: горячую печь, стаканчик шнапса и крепкий сон в десятках километров от линии фронта.

Русские упорно оборонялись. Сталин не щадил своих людей, затыкая тысячами подданных бреши в обороне, бросая их лавинами под свинцовый град.

К осени, впервые с начала войны, русским даже удалось добиться превосходства в воздухе, но все же Красная армия продолжала отходить на восток, к Москве, оставляя города, теряя военную технику и живую силу. На днях сообщили, что части вермахта вступили в Брянск, взяли Медынь, а 12 октября войска 4-й армии захватили Калугу. В ходе боев в зоне ответственности группы «Центр» было уничтожено восемь русских армий.