Убить Горби

Парень повел себя по-товарищески: задушевный разговор плавно перешел в распитие бутылочки дефицитного «Алиготе», потом еще пили какую-то несусветную гадость из двухлитровой банки, сидя на крутом утесе.

Бесконечная красота звездного неба отражалась в неспешных водах реки… Пашка расслабился и поведал новому другу всю правду… Признался, что никакой он Ленке не брат, а самый что ни на есть ухажер, что, скорее всего, любит ее и подумывает увезти в Москву. Еще, зачем-то соврал, что у него квартира на улице Горького в доме, где живет Пугачева, и что он собственными глазами видел, как певица выносила на улицу мусорное ведро, доверху заполненное пустыми пивными банками, которые в Союзе и без пива высоко ценились в качестве предметов интерьера, так что выбрасывать их было не принято.

История про певицу и пивные банки нового приятеля и собутыльника Павла нисколько не тронула – он ее будто и не услышал. Не оценив откровенности, тут же попытался собственными силами отомстить москвичу за коварство и ложь, но один справиться с ним не смог и, извергая угрозы и утирая кровь из разбитого носа, помчался за подмогой.

Недолго думая, Пашка поспешил на станцию, попутно проклиная организаторов строительного отряда «Астрахань-1985», свою наивность, а также лень, помешавшую завершить обучение в секции «Самбо-70».

Бежал он очень быстро, поскольку отдавал себе отчет в реальности печальных последствий для своего здоровья и даже жизни от возможной встречи с местными ребятами.

Он уже никогда не забудет, как за фиктивным «братом Ленки» гнались ее пьяные и на удивление резвые женихи, как он на ходу запрыгивал в уходящий в неизвестность поезд, как проводница настойчиво пыталась сбросить его с подножки в лапы врагу.

Она так вдохновенно отдавалась этому процессу, что поцарапала ему плечо и оторвала две пуговицы от рубашки. А с платформы в него летели камни и еще какие-то тяжелые и опасные отходы социалистического производства.

Он не забудет, как, отдышавшись, не нашел ничего лучше, как поделиться своей драмой с проводницей.

За это неожиданно для себя снискал ее полное доверие, уважение, пластырь на раненое плечо, горячий чай и шоколадку. В итоге назвав Ленку дурой, проводница прозрачно намекнула на готовность пожалеть его, несчастного, по крайней мере на одну ночь, пока поезд не прибудет в столицу.

В принципе Пашка был готов на многое после пережитой опасности, но им помешал зашедший «на огонек» начальник поезда.