Ученик Путилина

Требуют бумажник отдать, не то зарубят. Один из тех, что совсем с цепи сорвался, готов был топор в дело пустить. Главарь остановил. Бумажник из сюртука вытащил, а другой часы на цепочке из часового кармана выхватил, причем цепочку дернул так, что петлю на брюках порвал. Бога благодарю, что жив остался.

– Совсем обнаглели! Самого начальника Сыскной полиции ограбили!

– О том никому пока!

– Велика ли потеря?

– Часы жалко, подарены Федором Федоровичем за службу, с дарственной гравировкой, известной фирмы «Буре и сын».

Полагаю, рубликов сто стоят, как не больше. И в бумажнике двести тридцать было.

– О!

Отобрали половину месячного жалованья Павла, если по количеству судить. А Путилин продолжил:

– Мыслю я, это как раз «парголовские черти». Точно сказать не могу, они обычно жертв своих убивают. И лиц в темноте я толком не разглядел, уж очень темно было.

«Парголовскими чертями» называли жестокую банду, около полугода терроризировавшую жителей пригорода столицы. Грабили только в темноте на дорогах.

Местные уже знали, по вечернему времени не ездили. А кто транзитом следовал в столицу – вот же они, уже огни города видны – жестоко расплачивались за свою торопливость и беспечность.

И Путилин едва не пострадал, ибо оружия с собой никакого не брал, иногда только кастет.

– Прикажете сыскное дело завести, Иван Дмитриевич?

Путилин фыркнул возмущенно.

– Полноте, сударь. Мщения желаю и поимки. Вы, как человек не семейный, да из драгунов, очень могли бы помочь.

– Внимательно слушаю.

– Данилу Плещеева знаете? Себя шире и силы немереной, жеребца на спор поднимал. Полагаю маскарад устроить. Данилу в женское платье одеть, в темноте усы-то видно не будет. Он со мной в коляске, а вы ездовым, уж простите.

– Вроде как на живца хотите людишек разбойных выманить?

– Абсолютно точно!

– Я согласен! – выпалил Павел.

– Затея опасная.

– Я готов.

– Тогда приготовьте оружие. Револьвер, только не в кобуре. И палаш обязательно. И в цивильном.

Палаш – вроде длинного кинжала.

С шашкой несподручно, ее не спрячешь, да и мешается. А палаш – штатное холодное оружие артиллерийских расчетов. Под полу верхней одежды спрятать можно и применить в нужный момент. Путилин продолжил:

– И я вооружусь, и Данила. Тогда встречаемся в восемь вечера. Проедемся до Парголово и назад. Думаю – после полуночи кататься уже бесполезно. Да и на следующий день всем на службу.

– Разрешите идти?

– Павел Иванович! – укоризненно покачал головой Путилин.