Золотой дурман. Книга первая

Справедливости ради следует сказать, что качество обучения этим предметам далеко не соответствовало плате за обучение: сто «рублёв» в год – немалые по тем временам деньги.

Директор пансиона, господин Эллерт, был абсолютным невеждой во всех науках, разве что за исключением французского языка, и за малейшие оплошности в изучении оного бил нещадно длинной деревянной линейкой-ферулой.

Мирону, считавшему французский язык ненужной прихотью для общения, не раз доставалось испытать на себе эту экзекуцию.

– Перечить моему нраву?! – орал на него взбешенный директор, услышав русскую речь на уроках французского, и тут же пускал в дело ферулу, ещё больше распаляясь от того, что Мирон молча сносит побои…

Вот так проходили годы, но знаний от такой учёбы прибавлялось немного…

В тот день директор был особенно не в духе, со свирепым видом ходил между притихшими воспитанниками, склонившимися над решением арифметической задачи.

Мирон, выполнив задание, мечтательно смотрел в окно на проезжающие мимо экипажи. Стуча колёсами, они проносились по центральной улице, обдавая пылью не успевших отскочить в сторону прохожих. Сильный удар ферулой по спине враз прервал его мысли.

– Чего бездельничаешь?! В окно уставился! – прокричал над его ухом Эллерт.

– Я уже выполнил задание, господин директор, – ответил Мирон.

– Как? Так быстро?! Неправильное решение, – едва взглянув на первый лист выполненной задачи, грозно заключил он.

– Почему неправильное?! – возмутился юноша.

 – Как вы можете судить?! Вы только поверхностно взглянули на мою работу, не удосужившись прочитать её до конца!

– Заткнись, невежда! – помахивая ферулой, вскричал директор.

– Невежда – это вы! – потеряв самообладание, гневно выкрикнул Мирон. – Единственное, что вы в совершенстве знаете – это французский язык!

– Что!.. Что?! – задыхаясь от ярости, прошипел Эллерт.

В классе воцарилась мёртвая тишина, ученики сидели, втянув голову в плечи от страха, представляя последствия от последних слов Мирона.

– Да я тебя розгами до полусмерти отхлестаю! – взревел, багровея от злости, директор. – На скамью его! – крикнул он в класс и кинулся в угол комнаты, где стояла бадья с замоченными в воде тонкими, длинными прутьями.

Несколько учеников нерешительно приблизились к Мирону, опасаясь: удастся ли справиться им с этим крепким юношей.

– Чего медлите?! Хватайте его! – грозно приказал директор, набирая в руку толстый пучок розог.