Золотой дурман. Книга третья. Месть золотого идола

Из обмякших от жары листьев послышались робкие птичьи голоса – первые пташки из пернатого царства почувствовали приближение вечерней прохлады.

– А ночевать-то иде будем – здеся? – с небольшим угодливым поклоном спросил у командира барнаульский служивый Тимофей Шубин.

– А тебе какое дело, где скажу, там и будем ночевать, – грубо ответил поручик – он и сам уже сомневался в душе, что в этом необъятном лесном море можно найти спрятавшегося человека, да и то – если он ещё не сбежал отсюда, – это словно иголку в стоге сена.

– С утра по лесу пойдём, куда уже сегодня – на ночь глядя, – немного поостыв, буркнул себе под нос Зуев…

– Ваше благородие, всадник! – надрывая глотку хриплым шёпотом, выдавил из себя Иван Мальцев.

– Что, где?! – словно подброшенный пружиной, подскочил поручик.

– Вона по полю – на карей лошади едет.

– Кто таков?! – задрав голову вверх, с волнением крикнул командир.

– А кто ж ево отселя разберёт.

– Матвей! – закружил поручик кругами под деревом. – Ты этого Мирона видал когда?

– Ну а как жа – сколь они с его дружком Никиткой с нас поту на строевой согнали.

– Держи зрительную трубу… Ну-ка киньте ему верёвку, а я за конец её привяжу. Смотри, осторожно, не урони – очень ценная вещица.

– И куды же здеся глядеть? – с опаской поворачивал в трясущихся руках оптический прибор Матвей.

– В окуляр гляди!

– А иде он?

– В маленькое круглое стёклышко.

– В енто, чо ли? – подставил к глазу зрительную трубу наблюдатель. – Ой-яяя! – Ничевошеньки не разобрать.

– Да ты фокус наведи!.. Недоумок.

– Это ещё че во? – заглянул спереди в прибор Матвей.

– Да ты возьмись руками за концы и разводи их в противоположные стороны – пока резкость не поймаешь.

– Каво поймашь?!

– Корову за хвост!…Раздвигай трубки друг от дружки и смотри в стекольце – пока ясная картинка не будет… Бельмес… – хрипло, раздражённым голосом закончил поручик.

– Ага, вот она! – с довольной улыбкой отозвался Матвей. – Только всадника не вижу.

– Поведи по сторонам трубой, – сипло скомандовал Зуев.

– Вот он! – словно ухватив что-то очень важное, выкрикнул наблюдатель.

– Это же Мирон! Ей-Боженьки, он! – перекрестился служивый. – Везёт чевой-то – мешок через спину коня перекинутый.

– Не упускай из виду, смотри за ним, – не обращая внимания на осевший голос, забегал вокруг дерева поручик. – Кабы не упустить, – едва слышно бормотал он. – Это ведь какая награда будет… Сам господин Качка… Да это же сразу повышение по службе.