Остаться на Земле

Писк домофона, вонь лифта, теплый и уютный тамбур перед входной дверью в квартиру, поворот ручки, легко открывающаяся дверь и обезоруживающая улыбка Владимира Самуиловича.

Сколько раз отец Ивана грозился отлупить Варгана за то, что тот мог что-нибудь наобещать, договориться о встрече и забыть придти. Улыбка Варгана всегда его спасала. Владимир Самуилович умудрялся выглядеть извиняющимся даже тогда, когда все окружающие могли быть перед ним виноваты. За это качество ему прощали почти всё.

– Здравствуй дорогой, проходи.

– Добрый вечер, Владимир Самуилович.

– Можешь не разуваться, у меня – как всегда.

– Я лучше разуюсь, у Вас тепло.

В непривычно прибранном зале, в самом его центре, на опустевшем круглом обеденном столе стояла полулитровая чёрная, непрозрачного стекла бутылка с яркой этикеткой. Трёхлитровая банка с водой, наполовину пустая, стояла рядом. На деревянном полу, давно некрашеном, с облупившейся тёмно-коричневой краской, рядом со столом, обреталась пышная пальма с ярко-зелёными листьями в большом белом горшке.

– Владимир Самуилович, Вы что, из физика решили переквалифицироваться в ботаника?

– Понимаешь, Иван, чисто чудеса какие-то.

Варган затрясся всем своим грузным, но подвижным телом. Смех был низкий и негромкий.

– Видишь на столе банку?

Иван, привыкший к подвохам Владимира Самуиловича, выдержал паузу.

– Вижу, конечно

– Догадываешься, что в ней?

– Вода?

– Вода, вода! Оживляющая вода. Читал в детстве про Урфина Джуса? Там был у него оживляющий порошок. Так вон порошок в бутылочке.

Студент задумался: розыгрыши Варгана всегда имели научную подоплёку. Эта ситуация на розыгрыш, связанный с незнанием каких-то реальных фактов, явно не тянула.

– Это шутка?

– Какая шутка? Ты свой фотомикроскоп привёз?

– Привёз. Мы что, будем делать видеозапись оживлений?

– Будем, а как же, конечно будем, дорогой.

Владимир Самуилович достал из ящика в серванте свой цифровой фотоаппарат, подаренный ему прошлым летом в качестве поощрения от губернатора.

– Видео уже записано, будем изучать структуру того, что восстанавливает свою форму. «Чудо» уже зафиксировано, будем доказывать, что то, что ты сейчас увидишь, и что уже видел я – не чудо, – Варган снова затрясся в своём смехе, шедшем из глубины его души.