Лучник. Терра. Возвращение. Книга седьмая

– Пешком, кажется, не слишком далеко. – Но стоило взглянуть на Ректайла, и решимость Грецербера тут же угасла. Еще бы. Ректайл безжизненно распластался на полу. – Он мертв?

– Молния в него не ударила, но прошла рядом с ним. На Венере в подобном случае с ним ничего не случилось.

Так и вышло, – Ректайл отделался испугом, но для Грецербера этот случай стал грозным предупреждением.

– Ты не вспомнил?

– Там гора еще блестела.

2. Марс сопротивляется

Блестящую гору они легко нашли, но в гору и уперлись.

– Или под другой горой живут. – Ректайл уже окончательно оправился от удара молнии, и начал проявлять активность.

Вполне логично, да и Ривар не добавил уверенности:

– Этому лесу на вид не менее ста лет, а мы на Марс летали лет тридцать назад. Но гора блестела так же ярко.

– А по форме?

– И по форме гора похожа.

– А это, точно, Марс? – Грецербер не хотел обидеть опытного капитана, но и сомнения все множатся.

– Обижаешь, Грецербер. Признаюсь, на Марсе все решал д, Авур, но в космосе он никогда не вмешивался.

– Все-все! Сдаюсь. Но как нам найти джинджи? – Грецербер даже неподдельно смутился.

– Придется вернуться к лесу. Я все больше уверен, что видел там движение. – Уверенно проговорил Ривар, и вернулся за пульт.

– А если опять? – Грецербер даже не пытался скрыть свой страх.

– Я надеюсь, если не появимся над лесом, этого не случится.

– Ты уверен?

– Я надеюсь.

Надежда – надеждой, но снизу лес казался еще одной горой. Сине-зеленой. И неприступной.

И не только казался. Ректайлу нечего и надеяться, протиснуться сквозь узкие щели.

Но Грецербер рискнул.

Сколько времени он зачарованно смотрел, как между стеной и пальцами руки тянутся извилистые разряды? Чудо. Было очень приятно ощущать, как тело наливается растраченной в полете силой.

Грецербер легонько коснулся точки, откуда выходил разряд. Только одной точки. Только слегка. Только на мгновение.

И этого мгновения хватило, чтобы «побывать на Венере». Внизу, где правят души грешников. Всего одно мгновение – и половины левой руки, как не бывало, а его, – всего, но без половины руки, – отбросило под рейдер.

Грецербер знал, что бывает боль. Теоретически. Сегодня ее узнал в полной мере.