Жестокая Фортуна

И по нему получалось, что уже утро:

– Однако! Как меня развезло! Я весь вечер и всю ночь проспал?

Теперь затараторила другая сиделка, явно опередив свою товарку:

– И вечер, и ночь! И весь день, и опять ночь! Но наш знахарь сказал, что так надо. Здоровье у тебя в порядке, ран опасных нет, скоро сможешь вставать. А через день-два и самостоятельно кушать.

– Не понял… Я что, уже и ложку держать не могу?

– У тебя много ран и порезов на руках, так что тревожить их ещё нельзя будет некоторое время.

Менгарца не столько кормление ложкой смутило, как трудности при оправлении нужды.

Он даже покраснел, ощущая головокружение. Вдова это заметила и обратилась к подруге командным тоном:

– Позови знахаря! – а когда та ушла, без всякого стеснения спросила у мужчины: – Подать тебе «утку»?

Тот отрицательно дёрнул щекой, решив, что вначале сам попытается встать, переводя разговор в иное русло:

– А где это мы? – при этом начал постепенную проверку своего организма, перейдя к шевелению пальцами ног, а потом и рук.

– Наш поселковый госпиталь. Самое спокойное и надёжное место. Здесь никто не будет надоедать своими посещениями, потому что ни знахарь, ни я не допустим.

– Ага, спасибо… Но ты лучше скажи: посыльный, которого отправляли к Уйдано Лайри, уже вернулся?

– Ждали его ещё вчера вечером, но до сих пор его нет. Если до обеда не будет, собираются отправить сразу двоих. Времена-то нынче ещё более неспокойные, чем при владычестве империи. Вон сколько лихих людей по дорогам бродит, да и кашьюри словно взбесились в последние дни.

Уровень воды падает, вот они и ползут по суше, словно ориентиры потеряли.

Проверка ног и рук к тому времени закончилась. Всё вроде шевелилось и чувствовал себя нормально, хотя и с некоторой заторможенностью. Но тут наверняка были виноваты обезболивающие мази, которыми пользовались местные врачеватели, да тот самый горький выпитый отвар, заставивший забыть про жажду в частности да и про желудок вообще. Теперь оставалось осмотреть себя визуально:

– Пожалуйста, раскрой меня! – попросил он сиделку и не удивился, что из одежды на нём ничего не осталось.

Зато её вполне существенно заменяли повязки и приложенные к самым значительным синякам компрессы с мазями. Некий бандаж, удерживающий что-то мягкое на затылке, ощущался и на голове. – Эк меня замотали! Словно мумию!

Во время этих весёлых восклицаний явились два местных целителя. И с ходу забросали пациента кучей вопросов о его самочувствии.