Спасение рая

Что напоследок новоявленная Маурьи и высказала своей подруге:

– С такими темпами ты уже дней через пять краше меня станешь.

– Ох, не шути так! – засмущалась Сильва, осторожно прикасаясь к своему лицу подушечками пальцев и боясь поверить в начавшееся выздоровление. – Мне хотя бы просто нормальной стать.

– Ничего-ничего, вот как начнут на тебя все мужики оборачиваться, вот тогда и Васька твой узнает, что такое ревность! – Она вскочила на ноги и первой поспешила в каминный зал. При этом озвучив одну просьбу: – Но пока я буду далеко, ты там за Петрухой приглядывай.

– Не волнуйся, – последовало за спиной твердое обещание, – он у меня как шелковый будет. А если начнет по сторонам своими глазками блудливыми стрелять, то я ему живо их выковыряю.

Они уже вошли в общий зал и увидели, как Петр с Куртом за откинутыми завесами одеял седлают возле выхода мулов. Петр что-то весело рассказывал, и залюбовавшейся целительнице стало жалко своего любовника. Поэтому она обернулась и на полном серьезе попросила Сильву:

– Нет, глаза не выковыривай.

– Сделаю, подружка, не переживай! – пообещала та с громким смехом, а затем обратилась к мужчинам: – Ну что, все готово? Тогда мы вас с Петрухой проводим на спуске до самого тракта.

Тем временем Дана разгрузила с себя все оружие и металлические предметы в мешок и стала облачаться в теплые одежды. Сидящий за столом Василий по ходу дела давал последние советы и рекомендации:

– Если не удастся что-нибудь основательное в Воротах повредить, то хоть небольшой взрыв устройте.

– Прикрою.

– Да! И чеснока на рынке прикупите. Только присматривайтесь, чтобы вам перемерзший не подсунули.

– Зачем тебе чеснок? – удивилась Сильва. – Ведь завтрашней ночью уже будем уходить через горы на юга.

– Как «зачем»? А прощальный ужин? Да и в дорогу нам постараюсь все оставшееся мясо приготовить.

Так примерно «третья» и запланировала отход, но окончательное слово в этом вопросе имела все-таки целительница. О чем она, уже оглянувшись на входе, напомнила старшему группы:

– Ты не хорохорься, потому как нести тебя никто не собирается. Завтра еще раз раны твои осмотрю и тогда уже решу окончательно.