Геном дракона

– После того, как я стал наместником Ринехола, король Толемей созвал Совет в Великом чертоге. Вы там не присутствовали, почему? Ставите себя выше остальных?

– Если бы я посещал все светские рауты, моя работа обросла бы паутиной. Как командующий архонтами, я обязан присутствовать только на встречах, которые касаются военной обстановки королевства и людей с симбионтом. Для всех остальных случаев имеются такие люди, как вы, наместник Огнтар, – Эрнил не ударил в грязь лицом.

– Если не справляетесь со своими обязанностями, возможно, королю стоит найти вам замену, – Сольвейг окинул взглядом свиту, будто любой из стражников подходил для этого поста.

 – Довольно тратить время. Я пришел, чтобы посмотреть в глаза человеку, возглавляющему архонтов Ринехола. Будем считать, что знакомство состоялось.

– В таком случае, чем могу вам услужить, наместник Огнтар? – вежливо спросил Эрнил, предвкушая уход неприятного гостя.

– Я хотел послать гонца. Но, поскольку сведения, в которых я нуждаюсь, обладают особой важностью, я решил получить их лично.

Отдайте мне все документы с докладами о службе двух носителей дикого симбионта.

В иерархии власти наместники городов стояли на втором месте после короля. Эрнил не мог не подчиниться. Он озадачился велением Сольвейга, но не стал задавать вопросов. Эрнил соблюдал идеальный порядок. Найдя нужные документы, мужчина отдал их наместнику.

– Командор, гостеприимство явно не сильная ваша сторона, – мягкий смех человека был пропитан издевкой.

Сольвейг забрал две пачки сшитых докладов, защищенных с двух сторон жесткой выделанной кожей, и покинул особняк вместе со своей свитой.

* * *

Ветер принес прохладу. Погода благоволила строительству. С самого утра небо Ринехола затянуто серыми облаками, спасающими тружеников от палящего солнца.

Вечер. Управляющий строительством протрубил в рог, отпуская людей по домам. Спустя десять минут у башни почти никого не осталось. Последние возились впопыхах: возвращали на место инструмент и накрывали его слоями мешочной ткани, сволакивали в кучу кожаные ремни.

В течение дня Верлиан Гахельм поднимался на вершину сторожевой башни, нося обтесанные камни, и мельком любовался пейзажем с высоты строения. За стеной столицы расстилались желтые и зеленые поля. После гула рога у юноши появилась возможность насладиться прекрасным видом засыпающих равнин без суеты.

Верлиан поднялся на вершину башни и увидел рыжеволосую девушку.