Призрачная погоня

Для этого Катя сразу же при первой встрече с официальными лицами царства попросила не только весточку вперёд отправить, о своей исторической миссии, но и задать в письме несколько отвлечённых вопросов на общие темы. Один из них звучал так: «Нельзя ли отыскать лейтенанта Миурти для беседы со мной? У меня для него специальная посылка от императрицы». А уж о подарках, которые она везла с собой для сановников и первых лиц государств, волноваться не приходилось. И сама набрала, и Мария расщедрилась, разрешив брать всё из сокровищницы, что может пригодиться.

Каково же было удивление землянки, когда искомый лейтенант во главе отряда личной царской гвардии встретил дипмиссию в половине дня пути от столицы. И первые его слова прозвучали такие:

– Безмерно счастлив вас видеть, Катерина! И уверен, будь у вас хоть десять идентичных с вами сестёр, я всё равно вас сразу узнаю.

А потом уже и не отходил от принцессы ни на шаг. Образно, конечно, не отходил, потому что Катя его к себе не подпускала и, даже оставшись как-то наедине, не позволила к себе прикоснуться. Положение обязывало не расслабляться. Да ещё и один из советников так рассудил:

– Лейтенант молод, горяч, а уж сам факт, что он дружит с принцессой новой империи, может кому угодно вскружить голову.

И глава дипломатии Герчери вела себя пристойно. Хотя ей дико хотелось и целоваться, и обниматься с Миурти, и… всё остальное. Что её удивило, так это присутствие лейтенанта во время её частной, весьма короткой встречи с царём Ивианом Холмским и с царицей Зорианой Елусечи-Холмской. Там всего было человек десять, ну и присутствовал Миурти, который скромно стоял в сторонке. Ещё тогда возникло подозрение, что парень – какой-нибудь дальний родственник, а то и сын родной главного маршала.

Ещё больше она поразилась, когда лейтенанту доверили почётную миссию сопровождать дипломатов дальше, непосредственно в Рушатрон. Зато несколько дней пролетели совершенно незаметно, в постоянной болтовне и лёгком, но всё-таки отчаянном флирте. Можно было заметить даже со стороны, что между молодыми людьми закрепились настоящие, глубокие чувства.