Обладатель-тридесятник

Обозначает сия аббревиатура следующее: ханжа, совершающий преступления и возмущающийся преступлениями других. И там же открытым текстом говорится, что хасампи должны уничтожаться всегда и везде в первую очередь. Потому что от них наибольшее зло творится.

Услышав такое, гость с минуту сидел без движения и только потом шумно вздохнул, поняв, что с ним не шутят и не разыгрывают.

– И часто вы таких… хасампи уничтожаете?

– Редко. Только если окончательно идиоты зарвались и крайне мешают нашему спокойному существованию.

– Понятно… Хотя… возникают и другие вопросы… – Видя, что старики не возражают, а ждут, Загралов спросил о самом интересном: – Вам не кажется странным, уважаемые, что текст сигвигатора расшифровывается на вполне современный, но именно русский язык?

– Кажется, – легко согласился Пётр. – Но воспринимаем это как данность и не заморачиваемся. Именно поэтому все обладатели либо русские, либо люди, отлично знающие этот язык. Сколько раз иномирские устройства попадали в руки французов, немцев и англичан, всё равно в итоге возвращались к русскоговорящим.

– Так вы не французский канадец?..

На вопрос поражённого новичка коллега из-за океана только скорбно покивал:

– Где меня только не носило, и где я только не жил… Но родился и молодые годы провёл здесь, в России. И тут получил полное и наивысшее образование по науке криптоанализа. Это меня и сделало тем, кто я есть сейчас. Потому что однажды некий чех принёс мне переписанный им, но совершенно непонятный текст для расшифровки.

Он замолк, и опять нависла почти полная тишина, нарушаемая лишь фантомами, прибывшими за очередной порцией трофейного груза. Загралов, хоть и сомневался, что получит ответ, всё-таки поинтересовался:

– А что случилось с тем чехом?

– Да ничего особенно, – дёрнул Леон небрежно плечом.

Прошла ещё минута, прежде чем Пётр Апостол заявил несколько шокированному молодому коллеге:

– А ты разве не так поступил с Тузом Пик?

– Ну, так… э-э!.. Он ещё та гнида был!

– Вот именно. А тот чех вообще редкостным хасампи оказался. Его уничтожение можно смело считать подвигом.

В таком разрезе давнее убийство смотрелось совсем иначе.