Право на смерть

Ронин сел в своё большое старое кресло и откинулся на спинку. Как же хорошо дома! Стол был завален артефактами. Ему нравился запах старых книжных страниц, шуршание древних пергаментов, нравилось трогать предметы старины, книги, статуэтки, мечи, мобильные телефоны. Ему нужно было всё чувствовать руками. Современные технологии полностью лишали человека тактильных удовольствий. Поэтому его так разочаровал тот яйцевидный современный музей. Где объем и глубина? Где настоящность?

Напротив стола висела картина. Ронин часто и подолгу её разглядывал.

На ней были лишь волны, небо и больше ничего. Но как же прекрасна она была! Он удивлялся каждому мазку. Вблизи это были лишь случайные пятна. Издалека – целое море. Море красоты. Ни одна суперсовременная 3D-панель не могла дать этого ощущения.

Периодически Ронин обходил свои владения и любовно вытирал пыль с выставочных образцов. За каждым из них для него стояла целая жизнь, чья-то судьба. Он придумывал истории, связанные с предметами, досконально знал каждую трещинку, неровность или просто особенность каждого артефакта из 468 459, хранящихся в Универсальном архиве.

Ронин работал здесь уже 42 года.

Мужчина поднялся из-за стола и прошёл в смежную комнату. Как и каждому жителю Универсума, ему полагалось отдельное, полностью обустроенное современное жильё на безвозмездной основе. Его высокотехнологичная квартира находилась в другой части города и умела практически всё. Разве что отправить в космос не могла. Но Ронин бывал в ней очень редко, предпочитая этот архивный зал, самостоятельно переделанный в жилище.

Он прошёл в ванную комнату и долго умывался прохладной водой. А потом долго разглядывал в зеркале капельки воды, стекавшие по лицу. Он должен выглядеть значительно хуже, чем есть теперь. На его прямоугольном широком лице почти не было следов, которые должно оставить время и гравитация. Лишь несколько седых волосков на 3-дневной щетине и лысеющий череп добавляли ему возраста. Как же он ждал этих признаков! Оттягивал «Выключатель» до последнего, пока за ним не пришли.

Он даже какое-то время курил, пил алкоголь и мало спал, чтобы ускорить естественный процесс старения. И вот спустя 22 года после процедуры он выглядит в точности также как и до неё.

Нестерпимо захотелось кофе. Ронин вытер лицо полотенцем и прошёл в кухню. Кухней он называл небольшую конструкцию в углу возле окна. Здесь была старинная электрическая плита, раковина, столешница и открытые полки над ней, где хранилась всякая утварь.