Невменяемый колдун

– Раз в две недели, – стал подробно пояснять дворецкий, – из Лиода доставляется две-три телеги товаров. Любых, которые мы посчитаем нужным иметь в доме. Эль-Митолан делает заказы в своей отрасли. Я – то, что считаю нужным для замка и его отличной функциональности. А уж тетушка Анна дает порой немыслимые списки как на продукты, так и на готовые кулинарные изделия. А раз в два месяца или отправляется караван, или доверенное лицо с деньгами в столицу. И уже оттуда идет доставка того, что нельзя купить поблизости.

– Ну да, – хмыкнул Кремон. – Попрется он на эту тихую окраину!

– А я и не говорил о его приезде! – обиделся дворецкий. – Лишь утверждаю, что мы готовы к любому визиту.

В этот момент в зал вошла счастливо улыбающаяся домоправительница. В руках она несла большую коробку с красиво уложенным в ней мармеладом разной формы.

– Вот! Знала, что найду. – Старушка торжественно поставила коробку перед Кремоном. – Угощайся!

– Ой, спасибо! – от души обрадовался тот. – Прямо сказка из счастливого детства!

– Вот видишь! А как на вкус? – Она с материнской улыбкой смотрела, как парень с блаженством перекатывает мармелад во рту.

– Не выдержу! Объемся и помру молодым!

– Не молодым, а юным! – наставительно произнес Коперрульф, с трудом выбираясь из-за стола. – Молодой – это я. Спасибо за ужин! Пойду, пройдусь по конюшням.

– И я с вами! – тоже вскочил Кремон.

– А мармелад?! – воскликнула домоправительница. И решительно добавила: – Тогда бери с собой.

– С удовольствием! – парень схватил коробку и галантно поцеловал тетушкину ручку. – Огромное спасибо за ужин. А уж за вишневое удовольствие, даже не знаю, что и сказать.

– Ничего не говори, – улыбнулась старушка. – Просто кушай на здоровье!

Торнадо и Воспламенение

Оказавшись в конюшнях, Кремон сразу же отстал от Коперрульфа и направился к стойлу с понравившимся ему красавцем, держа коробку с угощением под мышкой и время от времени доставая оттуда очередной лакомый кусочек.

– Посмотрите на него! Даже здороваться не хочет! – возмутился Кремон таким поведением коня. Но тот на это никак не среагировал. Наоборот, делал упорно вид, что в конюшне он сам одинешенек.