Месть

Этого хватило, чтобы лучший друг, сподвижник и товарищ Леонид Найдёнов, восседающий рядом за столом и жутко надоедающий мне своим брюзжанием о повышенной осторожности в предстоящем путешествии, запустил вал подначек и ёрничества:

– Сочинительством занялся? Решил взять премию «Шансон года»? Или завидуешь популярности Шнура? Не получится у тебя! Морда слишком молодо выглядит и щетины нет. Ну и глазки придётся тебе уменьшить втрое. Ха-ха!

Мой друг такой. Весёлый парень. В прошлом – великий мэтр цирковой клоунады, ныне и всегда – непревзойдённый комик, да и в любой ситуации – просто не умеющий унывать человек.

Может рассмешить кого угодно. А не получится рассмешить, так сам хохочет настолько заразительно, что поневоле посмеиваться начинаешь.

Но я сдерживаюсь, иначе вся ведущаяся работа над артефактом пойдёт насмарку. Но и молчать нельзя:

– Не получится переплюнуть великого Сергея Владимировича. Ну и сама песенка… До меня кто-то сочинил, – следовало сразу отвечать лениво и с полным равнодушием, иначе приятель ещё азартней продолжит пикировку.

Ещё важней: следовало самого Найдёнова срочно загрузить делами или проблемами, чтобы не маялся от безделья: – Давай укладывай продукты в дорогу.

– Намеченный мизер уже упаковал! – тут же последовал доклад.

– Проверил каждую банку на срок годности?

– Э-э-э?.. Так они же вечные? И как их проверять?

Озадачил я его. Сбил настрой шутить и веселиться. Заставил чесать макушку и коситься с подозрением на наши рюкзаки.

Теперь следовало добить, не отрываясь от работы:

– Как хочешь, так и проверяй.

Товарищ притих, а минут через пять, взглянув в его сторону, заметил, как он крутит у себя перед глазами банки с консервированной дичью. Подземелья здешнего Кургана оказались завалены подобными припасами. Мы вроде уже их который день едим, пока без печальных последствий, но всё-таки иногда неприятный холодок в животе шевелится. Стоит только вспомнить, что данные консервы сделаны автоматизированными линиями и пролежали сотни лет неприкосновенными.

Теперь вот и Лёню озадачил, пусть и у него холодом в желудке чего-нибудь сожмёт. Не получилось. Уже давно находясь в ранге Двухщитного, обучившись умению «око волхва», мой друг прекрасно рассмотрел, что в банках ничего опасного для пищеварения нет, уложил консервы обратно и вновь принялся меня пилить на тему высшей безопасности нашего предстоящего рейда:

– Боря, ты явно зажрался со своими воинскими умениями.