Последний сценарий

Маленький ребёнок и постоянное отсутствие денег. Авария. Она пережила уже так много, что эта нервотрёпка со съёмками – ерунда. Она может с этим справиться. Алисия оперлась на эту мысль и немного расслабилась.

– Ты везучая! – сказал Том, вырастая рядом. – Сегодня не так холодно, как вчера.

Во время перерыва Алисия спряталась от ветра между вагончиками.

– Да неужели! – она держала в руках стаканчик с обжигающим чаем, но это слабо помогало согреться.

– Честно-честно! – улыбался Том. – Вчера было намного хуже.

Он распахнул куртку и стянул шапку.

– Перестань, не надо! Ты же простудишься! Ты только что бегал. Застегнись!

– Иди сюда, я тебя согрею, – он забрал стаканчик из её рук и поставил на землю, потянул её за рукав, прижал к себе и прикрыл сверху полами куртки.

Он был выше её на полголовы. Алисия уткнулась носом в его тёплую шею.

– Хорошо? – спросил Том. – Мне-то уж точно хорошо! – не дожидаясь ответа, сказал он. – Наконец-то мы перешли к фазе тесных объятий.

– Всё не по порядку: сон в одной постели почему-то им предшествовал…

– Да… Это мой косяк, прости. Нужно было ещё вчера это сделать.

Они молчали долго. Когда Алисия пошевелилась, Том прижал её к себе сильнее.

– А ты не боишься, что остальные о нас невесть что подумают?

– Это что, например, и кто? – он хохотнул, озираясь вокруг. Они стояли между двух фургонов, где их почти не было видно.

– Что немолодая, никому неизвестная сценаристка липнет к молодому, но уже известному актёру…

– Так вот чего ты боишься! Что люди будут судачить? Ерунда это всё! Если бы я этого боялся, не быть мне в этой профессии.

Он немного отстранился и посмотрел ей в глаза.

– Кино – это всегда публичность. Я с детства перед камерой. Если бы я реагировал на всё, что обо мне когда-либо сказали или написали, я бы давно в психбольнице оказался. Люди видят в нас только то, что есть в них. Реальный я – это не роли, которые я играю, и даже не тот публичный образ, который видит общество.

Он смотрел ей в глаза. Впервые Алисия видела его таким серьёзным. Куда делся смешливый кокетливый мальчишка, который никогда не сидел на месте и постоянно дёргался? У него как будто даже цвет глаз изменился, приобрёл многослойную глубину. Алисия почувствовала, как тонет в этой глубине.

– Кто же ты тогда? – выдохнула она. Взгляд скользил по его лицу, на мгновение задержался на губах.