Дочь – повелительница Зари

И если бы хоть один из них отправился с нами в путь, я бы стал сомневаться в вашем благоразумии. Явные они гниды. Но сбрасывать их со счетов не следует, такие на все способны. Только и мы теперь будем смотреть в оба. Если захотят прямо на тракте напасть, им придется большую банду собрать и атаковать нас завтра, в крайнем случае послезавтра. Иначе у них ничего не выйдет. Да и мы можем другим маршрутом пойти.

– Вот и я так подумал. Дорог много, а скорость у нашего отряда отличная. Собьем со следа любого.

– Может, и так.

Такого прямого вопроса Загребной не ожидал. И в очередной раз удостоверился в большом опыте салламбаюрского майора. Недаром этот ветеран лишь одним своим видом вызывал уважение. Поэтому лгать ему напропалую не стал, а ограничился лишь расплывчатым утверждением:

– Значит, они свой смысл имеют. Ну а наша задача – дать им отпор в нужное время.

Ветеран собрался было сказать что-то еще, но Семен его опередил:

– А кое-какие ответы на загадки достойные люди тоже узнают со временем.

Он придержал коня, дожидаясь приближения плавно едущей кареты. Заглянул в окошко и увидел радостные глаза Нимим.

– Не трясет? – спросил командир отряда и вместе с улыбкой и воздушным поцелуем получил ответ:

– Превосходно! Словно лодочка на волнах покачивается.

Семен широко улыбнулся, и улыбка еще долго не сходила с его лица.

Стены и башни Далтена остались далеко позади.

А ближе к обеду произошло совершенно в этом месте неожиданное событие. Путешественники проехали очередной крупный поселок и на хорошей скорости двигались по широкому тракту. По словам одного наемника из местных, он помнил времена, когда на этом тракте было не протолкнуться от караванов, идущих в обе стороны. За время ханского правления количество караванов уменьшилось втрое, а в данный момент, из-за стычек на всех границах, торговый люд вообще предпочитал сидеть по домам, пережидая лихое время становления за толстыми стенами.

Но все равно движение на тракте было весьма оживленным. Вереницами тянулись крестьянские телеги, по обочинам брели многочисленные переселенцы, а средняя часть дороги была отдана в распоряжение скоростных отрядов на лихих конях и с грохотом несущихся огромных дилижансов. С правой стороны простиралось огромное поле с колосящимися злаками, а слева чуть ли не вплотную к дороге подступал старый величественный лес.