Битва за Оилтон

Также недовольство командира вызвала и сама невозможность устранения всех следов бегства именно в сеть канализационных стоков.

– Если бы нас кто снаружи потом закрутить мог болтами.

– Давайте я! – неожиданно даже для самого себя предложил Михась. – Это легко, справлюсь!

– Да нет, герой, никак не получится, – сразу отверг это предложение Тантоитан. – Моусовцы здесь вскоре все до камешка разберут, они ведь возомнили, что моя невеста и в самом деле принцесса.

– Принцесса! – уже с некоторым нажимом воскликнула Клеопатра, усевшаяся на какую-то толстенную трубу.

– Но это просто означает «моя принцесса». Путаница получилась, зато шуму тут сейчас будет… И тебе в любом случае не поздоровится. Так что идешь с нами: прорываться – так вместе! Согласен?

– Конечно! – обрадовался мальчик, уже успевший несколько пожалеть о своем благородном порыве. Ведь самому здесь ну никак оставаться не хотелось. В этот момент он даже про родного прапрадедушку, лежащего где-то неподалеку в компании с книгой, забыл.

– Мы лучше прихватим крышку изнутри точечной сваркой, – решил командир, чтобы не экономить батареи на миниатюрных сварочных электроразрядниках.

Крышку осторожно оттянули, закрепили упором, и на людей понесло довольно неприятными запахами. Но в темный зев уже бесстрашно скользнул проворный Малыш. Еще через минуту раздался его уверенный голос в динамиках скафандров товарищей:

– Догоняйте! Есть выход! Вначале только прямо, второй поворот направо!

Глава седьмая

3595 г.

Майор Зар Ди Кле считался в великом десанте справедливости личным порученцем самого шефа госбезопасности Пиклии, шефа внешней разведки, графа Де Ло Кле. Не только потому, что заслуженно носил звание героя, заметно отличившись на последних театрах военных сражений, но и потому, что являлся дальним родственником графа. А точнее, внучатым племянником. Это ставило его на второе место в иерархии особого отдела, участвующего во вторжении и которому непосредственно подчинялась элита десанта, так называемые точечные.

Майору уже исполнилось тридцать четыре года, и он после победы в Старом квартале мечтал вернуться домой в звании полковника.