Битва за Оилтон

Неужели эта дивная атмосферная напасть для них тоже неожиданность? Да и поступок их элитных воинов выглядит несколько странным: зачем им «языки» да еще именно из среды военных?

– Забор! – предупредил Малыш, и они благоразумно сделали крюк левее и уже оттуда вышли к точке короткой стычки Гарольда и товарищей с каким-то заслоном.

Правильно сделали, что перестраховались. Спинами к ним стояли два автоматчика, пристально смотря сквозь туман в сторону сквера, а еще двое рассматривали три тела своих коллег. А чего их рассматривать? Живых при таком проходе за спиной не оставляют.

Но теперь и Танти с Малышом пришлось пошуметь: короткие очереди в стоящих спиной и в продолжение сразу перевод стволов на поднимающихся. В сумме семь вражеских трупов, хотя злость против агрессора только разгорается. Еще несколько минут задержки для обыска, но у данных десантников парализаторов не наблюдалось. Значит, не те, не элитные. Зато отыскались две легкие гранаты. Дефицит страшный.

Опять подсказка от Гарри:

– Вдоль улицы влево, до конца.

Пока подтягивался командир с Малышом, Гарри с ребятами проверил всю ширину улицы и убрал еще две вражеские пары: дозор и пулеметный расчет.

– Как нас до сих пор не заметили и шум не подняли, понять не могу. В трофеях – четыре штурмовые гранаты.

– Мы подходим, не спутайте, – предупредил Малыш.

Сошлись. Обменялись приветственными жестами. Теперь уже все шесть воинов замерли, уставившись стволами в такой шумный туман перед собой и страшно жалея, что почти ничего не понимают из несущихся обрывков разговоров. Зато стали шепотом обмениваться мнением сами:

– Похоже, на площади несколько платформ.

– Ага, разгружают. Скорее всего, мины.

– Что за здание стояло возле акведука? Напомните.

– Медицинский центр.

– Ах да, его защищать было некому, вот они его и приспособили.

– Я этот центр неплохо знаю, – сообщил Николя. – Раз десять там бывал.

– Придется идти туда. Только вот как?

– Можно отвлечь: допустим, подорвать мины.

– Рискованно, но ничего больше не остается.

– Смотрите, туман рассасывается!

В самом деле, белый саван словно кто-то дергал за космы, и он местами неожиданно истончался. Тогда видимость увеличивалась до десяти, а то и более метров.