Благосклонная фортуна

Кстати, именно на нём и покажешь своё умение, раз хвастаешься каким-то толковым учителем…

Когда пришли к биваку, который выделили представителям королевства Цериал, Виктор сразу оценил разницу между элитой и всеми остальными. Предоставленный дипломатам шатёр был намного вместительнее, чем принадлежавший Липуху Стройному, как и все здесь остальные, располагался отдельно, и рядом находилось крытое стойло для лошадей, коих можно было разместить до шести штук. Именно туда кивнул Сандер-тэ Алый, высказываясь с досадой и внутренней болью:

– Спрашивается: какого рожна я своих коней с вашими не оставил? Такого скакуна лишился!

Его друзья покивали в ответ, тогда как Виктор не удержался от вопроса:

– А и в самом деле, почему?

Маркиз Хроммель заговорщически оглянулся по сторонам и, понизив голос, признался:

– Наш Сандер-тэ – знатный специалист по умению налаживать отношения с хорошими людьми.

То есть виконта в группе можно было назвать главным разведчиком. Только ему не повезло с новым знакомым, тот ничегошеньки не мог знать о судьбе наследного принца. Правда, узнай троица рыцарей, кто скрывается под несуразным именем Липух, наверняка бы изменили большинство своих планов.

Ну а пока двое из них стали размышлять по поводу излишнего багажа:

– Придётся кое-что сдавать на хранение коменданту…

– Ну да, вряд ли мы здесь сейчас лошадь вторую купим…

– Да и оставленные вещи не будут в надёжной сохранности.

– Это точно… – но всё равно оставим. – Слышь, Липух, лошадка тебе вон та достанется, слабоватая для большого груза, так что сможешь взять только то, что на тебе.

Упомянутый Липух только обрадовался. Ему нисколько не хотелось таскать за собой ценные для покойного рыцаря Стройного, но совершенно ненужные ему вещи:

– Нет проблем! Оставлю своих полтора мешка вместе с вашим багажом у коменданта.

Тем временем Ирин-тэ Шахов вышел из шатра с мечом. Тот и в самом деле, по сравнению со стандартными орудиями убийства, выглядел переростком. Длиной под метр двадцать и со слишком широким лезвием. Но по весу он всего лишь на пару килограммов был легче, чем знаменитый меч Менгарца.