Танго с прошлым

Вот и сейчас, они, молча, очень медленно, словно тени, подошли к чугунным воротам ограды и долго стояли, пока Мусаил, чуть не потеряв сознание от резкой боли в спине, ухватился за кованый элемент в виде грозди винограда и не пришел немного в себя.

– Что вам тут надо?! – вдруг послышался бодрый голос из-за ворот и тусклый свет электрического фонарика осветил фигуры путников.

– Где Павел Андреевич? – словно выдыхая каждую букву в слове, произнес Мусаил. – Я привез его внука, Матвея Платоновича.

– Здесь нет никаких Павлов Андреевичей, братуха, – послышался второй, немного с хрипотцой, голос. – Здесь находится штаб анархистов, и вход запрещен, особенно ночью.

– А где же князь? – так же полушепотом спросил Мусаил.

– Князи нынче все вышли – разве ты не слышал? – немного издеваясь, прозвучал первый голос.

– Подожди, Пашутин, – осадил его хрипловатый голос и перед ночными путниками предстал пожилой матрос в бушлате, с бескозыркой на голове и с кобурой маузера на левом боку.

 – Он же наш брат – матрос! Откуда ты, братуха?

– У меня тиф и, не ровен час, я потеряю сознание, – делая глотательные движения через слово, еле выговорил Мусаил. – Если что, проводите мальца до его деда, Павла Андреевича. Куда вы все-таки его дели?

– Дом был пустой, – неуверенно сказал пожилой матрос, – и никаких стариков мы тут не наблюдаем уже третью неделю. Может он, если ты говоришь, что он – князь, умотал заграницу? А мы, видя, что приличное здание пустует, и разного рода мародеры, того гляди, подожгут дом, решили занять его под наш штаб.

Так что извини, брат, сейчас здесь – революционный центр и тебя не могу пропустить.

Мусаил, державшийся из последних сил до сих пор, подкосился и стал падать вбок в сторону дороги, усыпанной ровным слоем лузги. Матрос бросился к нему и, схватив его под мышки обеими руками, усадил на тротуар, прислонив его спиной к чугунной ограде.

– Пашутин! – резко крикнул старый матрос.

 – Ну-ка, беги в штаб и вызови карету с врачом. Нашего брата нельзя бросать – революция только начинается, а он по виду человек бывалый – такие нам пригодятся. Пускай отвезут в тифозный барак.

Через некоторое время Мусаила загрузили в коляску, которая быстро исчезла во мраке октябрьской ночи. В сутолоке все совсем забыли про Матвея, который сидел чуть в стороне на корточках и молча наблюдал безучастно за событиями вокруг него.