Любовь от начала до конца

Это Рома Мищенко. Ты можешь говорить?

– Да, могу. Здравствуй.

Я не узнал твой голос. Он был не такой мягкий, каким я знал его почти сорок лет назад, а немного резкий и, как мне показалось, низкий. Я не мог понять по голосу, что разговариваю сейчас с той самой Тоней Иванченко. Я просто об этом знал.

Ты выразила признательность за то, что я всё ещё помню тебя, за те слова, которые написал. Сказала, что пыталась мне позвонить, но у тебя не получилось. И что очень удивилась, узнав, что я стал журналистом.

– Ты никогда не говорил, что хочешь стать журналистом, – уточнила ты.

Да, не говорил. Я многого тебе не говорил. Не успел.

Мы разговаривали, будто прислушиваясь друг к другу, словно до конца не веря, что ты – это ты, а я – это я. Пытались узнать, услышать в голосе другого что-то знакомое, но… не узнавали. Да, время работает не на нас. Кто-то из писателей сказал, что любимая женщина может измениться до неузнаваемости, но голос у неё остаётся прежним. И стоит его услышать, как ты сразу поймёшь – это она.

Выдумал всё писатель.

Голос любимой я не узнал.

Только спустя неделю стали медленно, будто изображение на опущенной в проявитель фотобумаге, проявляться знакомые интонации. А когда ты с улыбкой о чем-то вспоминала, я снова слышал твой голос таким же, каким его когда-то запомнил.

Антонина…

С этого дня я стал звонить тебе ежедневно.

* * *

Этот наш первый разговор оставил во мне смутное чувство растерянности. Я был счастлив, что нашёл тебя. Я был рад, что слышу тебя.

И правда, как в такое можно поверить? Мальчик из школьного прошлого, с которым у тебя давным-давно случился недолгий роман, который не делал никаких попыток возобновить отношения, вдруг спустя столько лет разыскал тебя и пишет такие слова… Если бы тебе сказали, что это розыгрыш, то, наверное, ты бы не обиделась. С точки зрения здравого смысла всё бы встало на свои места.

Но я очень хотел, чтобы ты поверила.

Какие слова для этого нужно сказать?

И можно ли всё объяснить словами?

Не полагаясь на своё красноречие, я в тот же день сел писать тебе письмо.

Тоня, Тоня, Тоня… Как объяснить, почему я до сих пор помню тебя и люблю?

Как объяснить тебе? Как объяснить себе?

Я писал десять дней. Десять дней я рассказывал тебе о нашей прошлой жизни, о тебе, о себе, о наших отношениях.