Краповые погоны

Но у меня уже появились товарищи и помимо него, с которыми мне легче было переносить эти первые месяцы службы.

На губах у меня всё чаще стала появляться улыбка. И сержанты стали как-то по-другому относиться ко мне, как-то с полушуткой. Привыкли, наверное. Я часто попадал в различные истории, прослыл залётчиком, чаще других ходил в суточные наряды дневальным, в кухонные-рабочим, часто назначался уборщиком в помещении взвода. Но, я уже привык к этому. И в разговоре между сержантами иногда можно было услышать: пресловутый Белов.

Однажды во время стрельб при выполнении норматива: стрельба  в движении с колена по грудной и ростовой бегущей мишени из автомата, уничтожение окопа броском гранаты,– я один из отделения выполнил его на отлично.

-Молодчина, Белов! Человеком становишься, а то всё больше на тройки стрелял,– подбодрил меня Востриков, – я из тебя сделаю хорошего сержанта.

Но, буквально через час я отстрелялся на два из пистолета.

-Ах, Белов, Белов,– расстроился Востриков,-что с тобой делать? Придётся тебе поползать в противогазе, пистолет-это тоже оружие, может, у тебя как раз будет основным.

И я вместе с другими горе – стрелками тридцать минут, правда, с перерывами ползал по пластунски в противогазе. Таково было наказание для двоечников.

Я всё чаще стал брать в руки гитару, в результате подружился с молодым сержантом из второго взвода Осеевым, тоже гитаристом (ровно на столько, на сколько возможна дружба в учебном подразделении между сержантом и курсантом).

Я выделялся среди других курсантов, но не умением, не старанием, не исполнительностью, а какой-то бесшабашностью, полудетской непосредственностью. Сержанты знали, чтобы заставить меня что-то делать хорошо, надо приложить усилия и смирились с этим.

Однажды меня и Николаева поставили дежурить на стрельбище возле пульта управления. Зачем и почему так и не поняли ни я, ни он. Пошёл проливной дождь. Мы промокли до нитки в своих ХБ и не могли дождаться смены.

-Серёга, сколько мы ещё будем мокнуть, я уже дрожу,– спросил я, зная, что не получу ответа.

-Не знаю, я о своём думаю.

-О чём?

-О доме. Дома на кухне стоит холодильник, битком набитый жратвой всякой, там и колбаса, масло. У нас колбаса никогда не выводилась.

-Кончай ты, нашёл о чём говорить. Тут дождь льёт, холодно, и так жрать охота, а ты колбаса, холодильник битком набитый.