Если верить голосу сердца

Четырежды – потому, что в каникулярное время я совершаю с ними многодневные походы с ночными кострами, с нашим пением самых лучших бардовских песен. Любовь к бардовскому творчеству передалась от меня моим ученикам вместе с любовью к математике как к школьному курсу, как к науке и как к искусству, преобразовывающему дисциплинированность мышления в раскрепощённость творческих взлётов.

Как обычно, на первом уроке в первой смене многие дети испытывают сонливость. Им бы для раскачки утреннюю гимнастику!

– Дорогие коллеги-математики! – бодро обращаюсь я к детям.

Молодцы!

Сделали глубокий выдох.

А теперь, плавно поднимаемся на счёт «раз – два» на носочки, разводя руки в стороны, поднимая их вверх и делая полный вдох.

Задерживаем дыхание.

На счёт «три – четыре» медленно выдыхаем, принимая исходное положение.

Молодцы!

Повторяем.

Повторяем.

А теперь вместе со мной, в полголоса, под очень тихие прихлопы скандируем:

«Бодрость! – Сила! – Здоровье!», «Бодрость! – Сила! – Здоровье!».

Теперь тихо, как охотники в засаде, сели за парты.

– Все помнят тему последнего занятия нашего математического кружка?

Вслушиваюсь в интонации ответной разноголосицы. В основном это интонации «проснувшихся» голосов.

– Теперь попробуем перевести эти живые знания на сухой язык нашего учебника.

Можно сколько угодно сетовать на то, что сухой язык учебника не воспламеняет в детях любовь к предмету, не пробуждает в них шквал свежих эмоций и чувств, не входит в них неотъемлемой частью самовосприятия.

Можно бесконечно огорчаться тем, что наши учебники воспринимаются многими детьми не как Золотой ключик к Царству волшебных знаний, а как тяжёлые и громоздкие камни, которые необходимо дотащить до окончания школы.

Можно беспомощно страдать и угасать от того, что рабочие и учебные планы не оставляют учителю возможности наполнить время урока живым огнём, именуемым «Занимательная математика».

А можно…

Я взял за правило вначале раскрывать тему будущего урока на занятии своего математического кружка с помощью занимательных знаний. Известно, что чтобы зажечь других, нужно гореть самому. И я восторженно передавал жар своей любви к математическим знаниям моим кружковцам.