Демон ночи и дня

– Художница от слова «худо»!

– Чей лик дерзнула писать своей корявой рукой?!

– Это в миру ты была «королевой красоты и обаяния», а здесь ты «девка Никто» по имени «Замарашка»!

– Теперь твоё место под лавкой, а твои инструменты – не кисти и палитра, а метла, веник, совок для мусора и тряпка с ведром воды!

Все эти и подобные им реплики от придворной челяди занозами впивались в мозг служанки Замарашки, терзали её душу болезненными дневными воспоминаниями, мучили кошмарами в ночных снах.

«Долго я так не выдержу», – печально думала Замарашка, сознавая полную безысходность своего положения.

Глава 2. Сто тринадцатый воин

Что мы знаем о церковной магии?

Каждое церковное таинство, каждый церковный обряд наполнены её светлой Божественной силой.

Но множество её секретов известно лишь тем, кто принят в очень Малый Круг Избранных. Сколько уровней в этом Круге? Какова его структура? Имеет ли она своё воинство?

В миру об этом не знают.

Но точно знает Эля (Замарашка), что один такой воин БЫЛ.

Она знает о нём только то, как он выглядел и как он действовал, выполняя задание по её вызволению из кошмарного плена, из дьявольски жестокого обращения со стороны всей придворной челяди.

Описывать внешний вид её героя-избавителя Элочке наистрожайше запрещено её духовным наставником, так как даже это составляет особо охраняемую церковную тайну. О его необыкновенных способностях Элочка может рассказывать, но понимала она в них мало и, наверняка, во многом неправильно.

Достоверно Элочка знает, что позывной у этого чудо-воина был «Сто тринадцатый». Поэтому она убеждена, что он значился сто тринадцатым в списочном составе того воинства, о котором нам достоверно вообще ничего не известно.

Он появился внезапно, неизвестно откуда, и исчез всё также внезапно, неизвестно куда. А непосредственно перед его появлением события Элочкиного плена скрутились в тугую верёвку, верёвка – в петлю, а петля захлестнула Элочкину шею.

– Заморашка! Бегом к Церемониймейстеру! – визгливо крикнула ведьма по прозвищу «Сколопендра», злорадно сверкнув своим зелёным глазом и угрожающе – чёрным.

«Бегом – значит БЕГОМ. Иначе – пытки голодом и жаждой, а на ночь – порка розгами».

– Умойся. Причешись. Оденься в чистое, – приказал Церемониймейстер.